- Привет, Вась. А что за шум в холле?

- А ты выйди, глянь.

Выхожу. Ох@еваю.

Весь холл гостиницы забит проститутками. В 9 утра!

- У нас тут международный съезд проституток? Будут писать устав, корпоративные правила и выдвигаться в парламент?

- Не, два автобуса турков щас прибудут с аэропорта. Хрен знает, как эти овцы узнали. Часов с восьми заполонили весь этаж.

- Ах@еть.

- Аха. Зато какие продажи в баре с утра - закачаешься. Даже коньяк двадцатилетний покупают.

- Наверное, это выпи (ВИП категория проституток) разоряются. Показывают молодняку, как надо жить, к чему стремиться. Делятся накопленным опытом и славой, так сказать.

***

- К вам тут из НАТО.

- Ок, щас спущусь. Пригласи их в лобби бар, скажи бармену, пусть даст им там кофе-чай, только не алкоголь.

* Алкоголь иностранцам предлагать нельзя, так как у нас он недорогой по сравнению с их странами, и если это еще и нахаляву, то они тычут пальцем сразу в самые дорогие сорта коньяка. И не понимают, что даже если угостили, то стоит тормознуться после одной дозы. Чуть ли не требуют сразу всю бутылку на стол.

Через пару минут перезванивает бармен.

- Соки им предложить можно?

- Можно.

- И фреш?

- И фреш можно. Только в разумных пределах. Если что, говори – апельсины закончились.

* Опять же – меры, суки, не знают. Могут ведро сока выдуть за час переговоров. Спускаюсь вниз. Захожу в бар, в этот момент звонит один из мобильников (у меня их два, плюс телефонная трубка, которую обязана носить с собой). Останавливаюсь у первого попавшегося пустого столика, ставлю папку на стол, говорю с кем-то.

В двух метрах за столиком сидят трое иностранцев – два пендоса и один итальянец (через несколько месяцев работы различаешь их по рожам и степени дебиловатости улыбки). Итальянцы, кстати, обычно наглее себя ведут – разваливаются на всю прилегающую территорию и лыбятся оскалом хозяев жизни.

Заканчиваю телефонный разговор, собираю свои вещи в охапку. В это время слышу диалог (на английском):

- Глянь, какие у нее ножки!

- Ага, а губы какие, небось, сосет, как пылесос!

- Обожаю худеньких, в строгом прикиде и в очках. Прям представляю себе, как кончаю ей на очочки!

*К слову, это обо мне. Ношу очки, ненавижу этот аксессуар лет с четырнадцати, но.. на линзы не перехожу принципиально, так как таким образом (сама удивлена, но это так) фетиширует огромная часть мужского населения страны. Любой штрих, помогающий предрасположить клиента к подписанию контракта мне на руку. Так что, линзы – нафик! И да – внешность была главным козырем при поступлении на работу, помимо всего прочего. Я честно прошла собеседование с толпой других желающих, все тесты, но окончательный выбор директор сделал в мою пользу именно из-за внешности. Ибо контракты, в основном, подписывают мужчины. Падкие на худеньких, в облегающих юбках и пиджаках, в рубашках с глубоким вырезом, со строгой прической, в очках и с пухлыми губами. Единственная уступка с моей стороны – перекрасилась в блонду. Брюнетка в очках и строгом прикиде вгоняет их в ступор, зачастую. А блонда – существо безопасное.

Слышу, значится, я весь этот разговор, подхожу к ним, ослепительно улыбаясь, и говорю:

- Здравствуйте, джентльмены!

Поначалу стушевались – слышала я или нет весь предыдущий диалог? Делаю вид, что музыка громкая, что даже звука не просочилось в мои блондинистые уши. Расслабились.

Через минут сорок бурных обсуждений пихаю контракт, так как сошлись в цене. Подписал итальянец, оказалось, он выше по званию, полковник, чтоль. У одного из пендосов на пальце красуется перстень USMA (West Point Military Academy, обычно с гравировкой года выпуска). Фигассе, наверное, потомственный военный? Спрашиваю, так и есть, какой-то там Ричард Гринфилд Третий (приблизительно так).

В общем, встаю, опять собираю манатки. Бармен приносит чек, который они кидаются оплатить. Останавливаю движением руки (хренли, ток что подписались выплатить тыщ сто баксами! Я добрая и душа у меня широкая), подписываю чек на баксов двадцать. Итальяшка и один из пендосов подскакивают, выступают с предложением угостить меня встречно. Вечерком и в каком-нибудь ресторане. Мило улыбаюсь:

- Да нет, что вы? Мне это ничего не стоит. Гостиница выделяет спец. бюджет для угощения дорогих гостей.

- Ну, вы такая милая девушка, может обдумаете предложение об ужине в ресторане?

- Мм.. Знаете, думаю нет..

- Почему? Мы вам неприятны?

- Да нет, что вы.. такие милые парни, такие воспитанные.. вон даже потомственный офицер среди вас.. Просто боюсь, что вы потребуете от меня поработать губами как пылесос. Да и очки мне мои слишком дороги, чтобы их пачкать..

Ступор. Молчание ягнят. Окаменевшие статуи. Мило улыбаюсь:

- Увидимся на сборах, господа.. Да, они тут у нас проводили какие –то учения, через недельку заселили всю гостиницу офицерами разного ранга. Проститутки ходили по коридорам в раскорячку, ошалевшие от выпивки и подарков, прям корпоративный праздник у них был. Но это позже.

На следующий день мне в офис принесли огромную корзину цветов с извинениями. Пох, пожрать и выпить я и на работе могу, и оч даже неплохо. В нашем ресторане. Один из лучших в городе.

***

Как я его ненавижу. Надо обойти все этажи, проверить наличие лампочек во всех коридорах, уборку в незаселенных номерах, спуститься в гаражный подвал и проверить все там. В общем, проверяем даже чистоту кухни в ресторане и в раздевалках горничных и простых рабочих. Ходишь, как придурок с четырьмя листиками, и ставишь галочки в нужной графе – отлично, хорошо, удовлетворительно, плохо, ужасно.

11 вечера.

Спускаюсь в тренажерный зал, работает круглосуточно. Одно из требований на моей смене (бзик у меня такой, личный), чтобы в тренажерке не было вони. Знаете, входишь иногда в спортзалы и там висит запах застарелого пота. Постоянно ругаюсь с персоналом тренаджерки, чтобы проветривали зал, когда нет посетителей. Им лень. А мне противно, мы тоже туда ходим пару раз в неделю, после работы. Раздаю обычные п@здюлей, заставляю открыть окна при мне.

Звонит мобила, не успеваю ответить, оттуда раздается истеричный плач девочки с ресепшна. Поднимаюсь наверх. На ресепшне плачет девочка, напротив нее сидит старушка американка, лет 60, тоже рыдает. Пять минут успокаиваю обеих, пока, наконец, они внятно рассказывают, о чем речь.

Бабушка – представитель МВФ (Международный Валютный Фонд), поселилась на верхних этажах, хотела вид на город. Рядом в номерах с обеих сторон, заселили турков (блять, какой идиот это сделал?? Убью завтра!). Горячие турецкие парни позвали проституток, часов в 9 вечера. Выпили, начали шуметь, проститутки – скакать по койкам и орать.

Старушка потерпела, а потом решила разобраться с этим лично. (Вот нах@я, спрашивается? Не делайте таких глупостей! Звоните на ресепшн, есть обученные люди для этого! Только внятно объясните ситуацию, не истерите) Стучится в дверь соседнего номера, она открывается, и тут старушка (может, за последние двадцать лет впервые?) видит абсолютно голого мужика турецкой наружности, который недвусмысленно трясет перед ней огромным половым х@ем и зовет бабулю внутрь, присоединиться к веселью. Вот это был бы трэш, если б она вдруг распахнула халат, потрясла бы перед ним сморщенными сиськами, и вошла бы! Нравственность бабули оказалась на высоте – она заорала и понеслась к себе в номер, позвонила на ресепшн и кричит в трубку – ХЭЭЭЛП! ХЭЭЭЛП! Эта (вторая дура, завтра ей влетит по первое число за такое), бросает регистрацию на произвол судьбы и несется наверх, думая, что бабка отдает концы инфарктом!

На этаже ее встречает разбушевавшийся голый турок, скачущий примат по коридору, и пытается насильно затащить в злополучный номер. Бабка, стоявшая на стреме у дверей, выскакивает с феном (!) в руках, п@здячит турка по башке, спасает девочку, и они обе наперегонки бегут вниз по лестнице! Кто победил – не знаю. Но фен у бабки в руках до сих пор. Треснувший, блять! Делаю пометку в блокноте – сменить фен в таком-то номере.

11.15 вечера

Мило улыбаюсь, отправляю дуреху обратно на регистрацию, бабушке заказываю травяной чай, беру охранника и поднимаюсь наверх.

Турок есть. Голый, действительно. Х@й огромен, обе свидетельницы не соврали. (Про себя ржу и думаю – если их спросить, как турок выглядит сам по себе, вряд ли помнят. Но х@й описали верно). Такс, он (турок, а не х@й) ломится к бабке в пустой номер, орет че-то на своем, но тут и без переводчика понятно – угрожает поиметь ее во все ее старческие отверстия за нанесенный феном ущерб башке.

Охранник его быстро скручивает в бублик, зовет по рации подмогу. Заходим в номер – иттиить, бедлам! Второй турок трахает проститутку на балконе, перегнув через перила (вдруг уронит, а? не первый этаж, все же), пока его соотечественника бабка в коридоре расхерачила. Вторая проститутка, совершенно голая, лежит на кровати, что-то уплетает за обе щеки, и смотрит по телевизору – ну кто бы мог подумать? Дом 2!

Через 10 минут они все в моем кабинете, в присутствии охраны. Турков выселяю нахер, пусть идут другим гостиницам мозг имеют. У девок проверяю паспорта, даю охране, чтобы отсканировали, заношу в черный список. У нас они больше работать не будут.

Бабушку переселяем в люкс за счет гостиницы. Присылаем в номер шампанское, корзину с цветами и с фруктами. Хотя, судя по ее тоскливому взгляду, предпочла бы турка. Наверное, уже сожалеет о поднятой буче. Лицемерка хренова! Но мило улыбаемся друг другу. Подписывает бумагу, что к нам претензий не имеет и всем пиздец как довольна. 00.45 вечера. Пью кофе в баре. Бармен слушает историю и ржот до слез. В благодарность подливает в кофе каплю коньяка, хорошего. Беру бумажки и иду проверять дальше гостиницу.

01.00 Опять пью кофе. Иду в кабинет заполнять отчет о проверках. И отдельный отчет о произошедшем. 03.00 Еду домой. Слава Богу, завтра работаю с полудня.

***

Захожу в гостиницу к охране, на подпись. В холле опять толпа проституток. Блять, когда это закончится?

- Опять турки, Вась?

- Неа. Корейцы, дни корейской культуры . - Ну, слава Богу, хоть не турки.

- Да нет, уж лучше б турки. Корейцы похуже будут.

- WTF?!

- Сама увидишь.

- Их тоже пара автобусов?

- Неа, всего двадцать с чем-то.

- А нахрена им этот парад телок?

- Так они по 4-5 телок за ночь приходуют, сразу оптом берут. Поднимаюсь к себе в кабинет, включаю компьютер. Начинается рабочая рутина, звонки, договоренности о встречах. Все это время меня преследует мысль, что у айтишников рядом кто-то смотрит порнуху на полный звук.

Иду к ним:

- Ребят, вы охренели? Вырубите порнуху. Тут люди ходят, рядом коференц-зал.

- Это не мы.

- А кто?

- Корейцы, над нами полулюксы.

- …. Прям с утра?

- Резкие парни, полчаса назад заселились и уже приступили.

Айтишники ржут. Я тоже. Зато остальным постояльцам не до смеха. Звоню на ресепшн:

- В каких номерах узкоглазые?

- Минутку. – Выдает список на 24 комнаты. Прилежно записываю. Звоню во все номера, вежливо прошу не шуметь. Объясняю, что нам пофигу, чем они там занимаются, пока они не мешают остальным. Все вежливо обещают держать себя в руках, кроме одного. Какой-то крутой мелкий п@здюк (наверное, директор?) посылает меня, и говорит, что имеет право делать все, что ему взбредится, если это в рамках закона. Вежливо ему объясняю, что если будет шумно, перекроем проституткам вход в гостиницу на пару дней, пока у них тут дни культуры. Он, также матом, говорит, что не проблема – привезет себе из города. Вежливо объясняю ему, что их никто не пропустит в гостиницу. Поставим охрану у лифта и лестниц, и хрен кто пройдет в номера, кроме постояльцев. Угрожает переехать в другую гостиницу. Да на здоровье! (думаю). Ему говорю – мы ничего из этого не сделаем, если он пойдет нам навстречу и не будет шуметь. Довольно лопочет в трубку и обещает быть послушным мальчиком. В качестве бонуса объясняю ему, к кому обратиться из охраны, чтобы ему поставили лучших девочек в городе.

После полудня получаю в подарок огромную коробку конфет от неизвестного мне узкоглазого, в благодарность за лучших девочек. Иду к айтишникам и разделяю с ними конфеты, сама столько не съем. Слава Богу, не мое дежурство. На второй день весь персонал жалуется, что охи-ахи-вздохи продолжались до рассвета.

Голладцы. Это п@здец.

Норвежцы – это п@здец.

Финны – п@здец полный.

А если они все вместе собираются в одной гостинице? Козырный п@здец © Сцуко, мое дежурство.

Наученные горьким опытом, охранники заранее готовят инвалидки в количестве двух штук. Кто не понял – инвалидные коляски. В гостиницах держат такие, чтобы перевозить пьяных вдрызг, вместо того, чтобы тащить их на руках.

Начальник охраны с утра продумывает расположение «огневых точек», чтобы, если что – совершить перехват и не дать горячим северным парням нанести ущерб гостинице. А то потом спросят с него. Выхожу в холл, встреча с представителем посольства Египта. Чурка немытая, лет 30-ти, сидит в лобби баре, дорогой костюм, галстук ручной работы и вся фигня. Огроменный золотой перстень с брилликами и браслет на своем законном месте. Здравствуйте, братья арабы.. блять!

Переговоры проходят успешно, арабы в основном, редко торгуются с женщинами, считают это ниже своего достоинства. Подписываем предварительный контракт. И тут он выдает:

- Я тоже поселился в этой гостинице с семьей. Мы взяли четыре номера на верхнем этаже.

- У вас такая большая семья?

- Нет. Я, жена с двумя детьми, наложница с сыном и няней, и отдельный люкс для меня. Тишину люблю.

Наложница?! Думала, такое только в книгах про Роксолану и Анжелику остались. Пипец, еще и хвалится, гад. Натянула дежурную лыбу на лицо. Хрен с ними, с ихними порядками.

-Мадам, а вы не хотите вечером заглянуть на бокал вина? Незнакомый мне город, страна, обычаи, расскажете. Не люблю скучать в одиночестве.

Это он, типа, новую наложницу ищет?

- Нет, спасибо. Я бы на вашем месте не скучала, с такой-то свитой.

- Я, - говорит,- очень состоятельный человек, могу достойно отблагодарить, если чо.

- Я, - говорю, - очень претенциозная дама, если чо. Меньше, чем на конезавод, не согласна.

- А зачем вам конезавод? Лошадей так любите?

- Нет, жеребцов. Они прекрасны.

Чувак впадает в ступор, ищет подвох.

- Вас размеры жеребцов впечатляют? – в глазах неподдельный интерес. Делаю оскорбленную рожу.

- Нет, скакать люблю, быстро и с ветерком.

Собираю бумажки и сматываюсь к себе. Готовлюсь к вечернему дежурству. Араб остается в раздумьях. Либо приценивается к конезаводу.

21.00

Все тихо. Северные парни мило беседуют в лобби баре, попивая «ее, родимую». Рядом шмыгает стайка проституток, совершая облет территории бара, с целью обратить на себя внимание.

22.00 Начинаю обход гостиницы. Пока все спокойно.

22.45. Звонок мобильника разрушает все мои надежды на спокойное дежурство. Драка в баре. Между норвежцами и арабом! Поднимаюсь туда на скорости. Разбор полетов.

Итак, араб спустился в бар попить кофе на ночь и, возможно, снять себе девку, пока жена и наложница с няней укладывают его детей спать. Разговорились с северянами, потом пошел спор о том, чей уклад жизни лучше – христиан или мусульман. Блять, не могли другую тему для разговора найти? Драка на почве религии? Уж лучше бы из-за баб подрались.

Оказывается, я глубоко ошиблась. Драка произошла на почве спора – чья дурь лучше, голландская или ебипестанская? Ппц. Хорошо, хоть отделались ссадинами и царапинами, и ничего не успели сломать – ни друг другу, ни мебель. Но араб, несмотря на холеный вид, успел сложить парочку северян, пока охрана подбежала. Не ожидала.

Надо уладить конфликт, чтобы не было претензий к нам. Мирятся, даже вроде как пожимают друг другу руки. И широкая арабская душа решает угостить всех в баре (не соврал, насчет состоятельности-то).

Северные горячие парни загружаются водярой по самое не могу (за чужой-то счет?), двоих увозят наверх на инвалидках, еще двое стойко держатся наравне с арабом. Епть, а как же ислам, запрещающий спиртное? Судя по всему, когда речь идет о мерянии письками (кто больше выпьет), арабы начисто забывают о Коране.

24.00 Еще бухают.

24. 20 Одного финна вылавливают у бассейна, проскользнул туда порыгать. Хорошо, не успел в воду. Очистка бассейна и замена воды – процедура на двое суток.

И дорогостоящая.

02.00 Пишу отчеты.

03.00 Еду домой.

***

22.00 Звонок с ресепшна, и, как назло, мое дежурство.

- Проблемы с постояльцем из полулюкса № **. Требует к себе представителя администрации.

Поднимаюсь к нему в сопровождении охранника, согласно инструкции. А вдруг там маньяк, а я ж безоружна?

В номере – приличный дядька лет сорока, говорит со мной на прекрасном русском. Перепроверяю в базе, может ошиблась девочка с регистрации? Сказала же – американец. Оказывается, не ошиблась, в 70-ые свалил с родителями в США, белорус по рождению.

Спрашиваю, в чем претензия.

Оказывается, ему мешает фонарь на улице. Светит прямо в окно и мешает спать. Предлагаю закрыть окно шторами. Нет, не любит опущенные шторы. Предлагаю переселить его в другой номер. Нет, ему нравится этот вид, и он уже распаковался. Говорю – это все, что мы можем сделать для него.

Он говорит – нет, не все. Предлагает позвонить в мэрию и потребовать отключить фонарь. Именно этот. Я в шоке. Он злорадно улыбается. Сука, он представитель Международного Банка, от него зависит подписание контракта с нами.

Вежливо улыбаюсь и говорю – посмотрю, что можно сделать. Умалчиваю о том, что фонарь на гостиничной территории, и он принадлежит «нам».

Спускаюсь вниз, вызываю техников, прошу отрубить злополучный фонарь. Чешут репу, но каким-то образом минут через десять его вырубают.

Присылаю в номер корзинку с фруктами и бутылку вина с извинениями за предоставленные фонарем неудобства. На второй день контракт подписан, мужик с уважением поглядывает в мою сторону и почти не торгуется.

Представляю себе, как он будет рассказывать на родине, что ради него, город отключил фонарь.

***

- У нас проблема в номере ***.

- В чем именно проблема?

- Постоялец жалуется на вонь.

- Хорошо, скоро буду.

Поднимаюсь в номер. Постоялец, приятный такой дедушка, открывает дверь. Ну, думаю, опять бзики и глюки на старости лет. Прохожу в комнату. Старикан прав – воняет так, будто стухла стая мышей. Звоню на ресепшн, переселяю деда в другой номер, с дежурной корзинкой фруктовой и вином в качестве извинений. Принимаюсь искать источник запаха, переворачиваю всю комнату верх тормашками – ничего.

Успокаиваюсь, и как собака – иду по запаху.

Нифига – источник не могу найти, хоть ты тресни. А вонь все сильнее и сильнее. В какой-то момент подзываю охранника и вместе поднимаем матрас с кровати. И охреневаем – под матрасом коллекция из 6-7 штук использованных прокладок. Вонь становится невыносимой. Вызываю уборку, делаю соответствующий доклад на службу уборки (иначе меня поимеют за переселение деда в другой номер), иду вниз.

Проверяю по базе, кто заселялся в этот номер последние две недели – если женщина, то занесем в черный список и у нас она жить больше не будет. Нифига – одни мужики, ни одной бабы. Ясно, проститутки гребаные. Звоню охране, говорю – организуйте встречу с их старшей.

Через часик она появляется, запыхавшаяся и идем в бар. Садимся, пьем кофе, обрисовываю ситуацию. Она краснеет – бледнеет - опять краснеет. Вытаскивает какой-то блокнотик, что-то там смотрит, хватает мобилу, звонит кому-то и шипит:

- Чтобы через 20 минут была здесь! Поднимаемся ко мне в кабинет, вежливо общаясь. И тут приезжает молоденькая пацанка, лет двадцати.

Ее старшая, долго не думая, хватает девку за патлы и – еблысь башкой аб стену! Потом еще раз, х@якс об мой стол. С непроницаемым выражением лица убираю бумаги в сторону – чтобы кровью не накапало на них. Да и кто я такая, чтобы вмешиваться в их корпоративные разборы?

- Сука, блять! Я ж тебе сколько раз говорила – есть мусорные ведра для прокладок, тварь еб@чая!!

Хрясь еще пару оплеух.

- П@здуй отсюда, неделю штраф, коза драная! Будешь отрабатывать, иначе п@зду оторву и скормлю тебе же!

Девка, поскуливая, сливается с горизонтом, старшая пытается отдышаться. Также молча, я наливаю даме стакан воды, протягиваю. Она отпивает пару глотков:

- Анна Владимировна, огромное вам спасибо, что не подняли большой скандал. Яж знаю, как к вам конкуренты ломятся, хотят нас отсюда вымести. Спасибо, что поговорили со мной.

Встает и уходит.

Сдаю дежурство, пишу отчет, еду домой. На второй день получаю подарок – красивая коробка с шикарными духами, и всякие женские финтифлюшки – помада, блеск для губ, лак для ногтей, и тд и тп. Все – оригинал, я в этом разбираюсь. Приняла без зазрения совести. Хоть что-то с этой блядской работы я должна поиметь, кроме зарплаты.

На этом все.

Если вдруг у кого-то возникнут вопросы, почему так часто упоминаются проститутки, и почему мы их пускали в гостиницу.. Это часть бизнеса, от которого никто, в здравом уме, не откажется. Проститутки – привлекают клиентуру также, как и хороший сервис, вкусная еда. И это – прерогатива охраны. Они их, как минимум, контролируют. Чтобы ходили к врачу, одевались и пахли дорого, вели себя прилично, и так далее. Если это нельзя остановить, то надо взять под контроль.

Помимо вышеперечисленного, охрана на них делает бешенные деньги. Каждая на входе оставляла минимум двадцатку. Каждый охранник делился с начальником. По слухам, начальник охраны за два года построил себе невьебенный дом. Мы, простые работники администрации, фактически зам. директора по разным департаментам, жили на одну зарплату и были нищие по сравнению с охраной. В общем, древнейшая профессия в мире не потеряла своей актуальности.

Если вы были ребенком в 60-е, 70-е или 80-е, оглядываясь назад, трудно поверить, что нам удалось дожить до сегодняшнего дня. В детстве мы ездили на машинах без ремней и подушек безопасности. Поездка на телеге, запряженной лошадью, в теплый летний день была несказанным удовольствием. Наши кроватки были раскрашены яркими красками с высоким содержанием свинца. Не было секретных крышек на пузырьках с лекарствами, двери часто не запирались, а шкафы не запирались никогда. Мы пили воду из колонки на углу, а не из пластиковых бутылок. Никому не могло прийти в голову кататься на велике в шлеме. Ужас. Часами мы мастерили тележки и самокаты из досок и подшипников со свалки, а когда впервые неслись с горы, вспоминали, что забыли приделать тормоза. После того, как мы въезжали в колючие кусты несколько раз, мы разбирались с этой проблемой. Мы уходили из дома утром и играли весь день, возвращаясь тогда, когда зажигались уличные фонари, там, где они были. Целый день никто не мог узнать, где мы. Мобильных телефонов не было! Трудно представить. Мы резали руки и ноги, ломали кости и выбивали зубы, и никто ни на кого не подавал в суд. Бывало всякое. Виноваты были только мы и никто другой.

Помните? Мы дрались до крови и ходили в синяках, привыкая не обращать на это внимания. Мы ели пирожные, мороженое, пили лимонад, но никто от этого не толстел, потому что мы все время носились и играли. Из одной бутылки пили несколько человек, и никто от этого не умер. У нас не было игровых приставок, компьютеров, 165 каналов спутникового телевидения, компакт дисков, сотовых телефонов, интернета, мы неслись смотреть мультфильм всей толпой в ближайший дом, ведь видиков тоже не было! Зато у нас были друзья. Мы выходили из дома и находили их. Мы катались на великах, пускали спички по весенним ручьям, сидели на лавочке, на заборе или в школьном дворе и болтали, о чем хотели. Когда нам был кто-то нужен, мы стучались в дверь, звонили в звонок или просто заходили и виделись с ними. Помните? Без спросу! Сами! Одни в этом жестоком и опасном мире! Без охраны, как мы вообще выжили? Мы придумывали игры с палками и консервными банками, мы воровали яблоки в садах и ели вишни с косточками, и косточки не прорастали у нас в животе. Каждый хоть раз записался на футбол, хоккей или волейбол, но не все попали в команду. Те кто не попали, научились справляться с разочарованием. Некоторые ученики не были так сообразительны, как остальные, поэтому они оставались на второй год. Контрольные и экзамены не подразделялись на 10 уровней, и оценки включали 5 баллов теоретически, и 3 балла на самом деле. На переменах мы обливали друг друга водой из старых многоразовых шприцов!

Наши поступки были нашими собственными. Мы были готовы к последствиям. Прятаться было не за кого. Понятия о том, что можно откупиться от ментов или откосить от армии, практически не существовало. Родители тех лет обычно принимали сторону закона, можете себе представить!?

Это поколение породило огромное количество людей, которые могут рисковать, решать проблемы и создавать нечто, чего до этого не было, просто не существовало. У нас была свобода выбора, право на риск и неудачу, ответственность, и мы как-то просто научились пользоваться всем этим. Если вы один из этого поколения, я вас поздравляю. Нам повезло, что наше детство и юность закончились до того, как правительство не купило у молодежи свободу взамен за ролики, мобилы, фабрику звезд и классные сухарики...

С их общего согласия...

Для их же собственного блага...

Сегодня благополучно замкнулся круг и я уже с полным основанием могу утверждать, что все люди братья. Ну, или почти все. За исключением незначительного процента благородных профессиональных воров и разной прочей мрази. Ах как было бы приятно, если бы ключ от каждой двери спокойно лежал под ковриком, да и зачем вообще нужен ключ? А сколько сил и бабла высасывает из нас этот мерзкий процент… Если каждому воришке высыпать на голову все большие и маленькие замочки, которые мы купили ради него, то его накроет многокилометровым курганом железных дверей, полицейских полков, обманутых надежд и прочих охранных сигнализаций. Я не идеалист – это я просто облегченно выдохнул, от того что люди все-таки оказались братьями. И вот как это оказалось:

Два месяца назад я как всегда выехал утром из гаража. Езда мне в тот день совсем не понравилась, и я решил причалить к ближайшей станции метро. Но тут таких хитрых целая автомобильная свалка, пришлось долго кружить вокруг большого магазина, пока не подвернулось местечко. Устаканился, купил газетку и покорно дал себя проглотить метрополитену имени Ленина.

Вечером после работы вернулся на эту станцию за своим бессмысленным железным другом, смотрю – а меня подлейше–наглейшим образом закрыла точно такая же машина как моя, только цвет салатовый. Зло всматриваюсь и обнаруживаю за стеклом на торпеде бумажку с номером телефона.

Звоню:

- Здравствуйте, Вас беспокоит тот человек, машину которого вы так жестоко закрыли. Выходите.

Женский голос:

- Добрый вечер. Извините, но так уж получилось. Дело в том, что я не рядом, а на другом конце города на работе, но Вы ради Бога не переживайте, я выпущу Вас через три минутки.

- Что значит на другом конце!? Какие три минутки!? Кто же меня выпустит вместо Вас!?

- Выпущу я, не переживайте, только Вы должны меня понять, ведь я полдня готовилась к нашему разговору.

- Девушка, не морочьте мне голову! Мне все равно где Вы и сколько Вы готовились к нашему разговору, но если в течении трех…

- Подождите и послушайте, пожалуйста. Я Вам обещаю, что Вы уедете через три минуты, но для этого Вы тоже должны пойти мне навстречу.

- Ладно, я засекаю время.

- Отлично, видите газетный киоск?

- Ну. А причем тут...?

- Пожалуйста, не перебивайте, время уходит. Подойдите к его тыльной стороне. Обычно я не любитель глупых розыгрышей, но тут в виде исключения решил позволить сделать из себя дурака, уж больно голос располагающий… В конце концов – что я теряю? Моя машина недалеко и надежно закрыта во всех смыслах.

- Але, я подошел, дальше что?

- Вы там? Прекрасно. Видите - помадой написано слово на уровне лица? Прочтите мне его.

- Да идите Вы к черту! В игрушки решили поиграть, так я сейчас возьму домкрат и…

- Нет, нет, нет, сейчас Вы все поймете и уже через две минутки спокойно поедете домой. Поверьте мне, ведь я Вас ни разу в жизни не обманула.

- Ладно, тут написано – «Лариса»

- Супер, Лариса – это я, а теперь пожалуйста скажите номер своей машины.

- Ну номер то Вам зачем? Ну «34-60»

- Спасибо и последний-препоследний вопросик: - на какой передаче стоит Ваша машина?

- Обычно на второй. Три минуты уже прошли.

- Все спасибо, я поняла, что Вы – это Вы. Теперь подойдите к моей машинке и аккуратненько, чтобы никто не видел, откройте лючок бензобака, там лежит ключ с брелком. Я ведь и закрыла именно Вас, ведь Вы без труда справились с сестрой своей машины. Через две минуты с прекрасным настроением, я уже ехал домой, размышляя о том, как приятно доверять людям и что далеко не любая женщина глупее любого мужчины.

И вот сегодня, так же как и два месяца назад, я вывернулся из длинной очереди стоящих на работу машин и снова стал наворачивать круги в железном лабиринте той самой стоянки у магазина, но места не было, хоть матом ори. Часы показывали, что даже на метро я уже почти не успеваю. Смотрю – стоит старая знакомая - салатовая сестра моей машины. Я решительно ее «запер», Номер телефона той девушки у меня не сохранился и я оставил на торпеде записку – «Долг платежом красен» Поздно вечером, когда я вернулся за своим обленившимся красиво припаркованным халявщиком-конем, под крышкой бензобака нашел свой ключ и записку – «Все люди братья!»

В десятом классе Юру и Таню посадили вместе на предпоследней парте в среднем ряду. Если бы этого не произошло, вполне возможно они бы продолжали не замечать друг друга. Юра пришел в этот класс три года назад, но так и не стал своим. Был зациклен на математике и вообще по общему мнению держался немного высокомерно. Таня была своя, но особого интереса у мальчиков не вызывала. Не подумайте что она была уродиной. Наоборот. Приятное круглое лицо, очаровательные ямочки на щеках, темные волосы, белые зубы, живые глаза. Но во-первых, она была слишком крупной, выше и крепче многих мальчиков в классе. Она говорила что кто-то в их роду был сибиряк. Во-вторых, однозначно была слишком серьезной. В-третьих, и это третье - самое главное, ее окружала аура неиспорченности и чистоты, которая юношей скорее отпугивает чем привлекает.

Приходилось ли вам сидеть за одной партой с крупной девушкой? Если да, вы наверняка знаете что это испытание не из легких. То и дело вас касаются то локоть, то плечо, а то и горячее бедро. В семнадцать лет такие прикосновения волнуют гораздо сильнее чем самое крутое порно в тридцать пять. Стоит ли удивляться что не прошло и недели как Юра в первый раз проводил Таню домой. Потом стал провожать каждый день, потом был приглашен посмотреть новый корейский телевизор с видиком и естественно приглашение принял. Родителей не было дома и наши герои долго и неумело целовались. С каждым следующим разом это несложое упражнение получалось у них все лучше и вскоре вполне логично завершилось понятно чем. В наш информационный век и Юра и Таня теоретически были готовы к этому событию. Теории вкупе с природным инстинктом, которым Б-г наградил каждого из нас, вполне хватило, чтобы не только не разочароваться друг в друге, но и продолжить столь увлекательные эксперименты с их молодыми телами.

Когда эффект новизны немного спал, появилось время для разговоров. Однажды, лежа на плече у Юры, Таня спросила:

- Куда ты будешь поступать? На мехмат?

- Никуда я не буду поступать, - подчеркнуто равнодушно ответил Юра и погладил Танину грудь.

- Я иногда не понимаю твои шутки ! Убери руку, тебе скоро уходить. Ты на самом деле не поступаешь?

- На самом. Меня никуда не примут. Наша семья уже два года в отказе.

- А что значит в отказе?

- Значит что мой дядя, брат моей мамы, давно живет в Америке. Лет двенадцать. Он зовет нас к себе, мы хотим уехать к нему, а нам не разрешают.

- А почему вам не разрешают?

- Моя мама долго работала зубным врачом в поликлинике военного училища. Ей сказали что она является носителем государственной тайны. Пожалуйста, никому в школе не рассказывай, а то у меня неприятности начнутся.

- Ну конечно, не буду. А как зубы могут быть государственной тайной?!... Ерунда какая-то, так не бывает. Зубами можно только кусаться. Вот так! - и показала как.

Разговор подолжился на следующий день на обратном пути из кино. Начала его Таня:

- Неужели из нашей страны уезжают навсегда? Это что всем можно?

- Я слышал что можно только евреям, - осторожно ответил Юра.

- А ты что еврей? Не может быть! У тебя фамилия украинская, Баршай. И мне девочки говорили что у евреев эти самые обрезаны, а у тебя нормальный.

- Ну, «бар» по-еврейски значит «сын», а «шай» значит «подарок». А этот самый не обрезан, потому что обрезание делают только верующие.

- Интересно! И сколько вы собираетесь ожидать пока разрешат?

- Никто не знает. Говорят что Горбачев будет отпускать. Тогда может быть и скоро.

- А что ты там будешь делать?

- Пойду учиться на Computer Science. Как это по-русски не знаю. Вроде программирования, но на другом уровне. Мне дядя сказал что меня с моими победами на олимпиадах примут куда угодно. Может быть даже в Гарвард.

- А ты сможешь? Там же все на английском...

- Дядя говорит что разговорный язык выучивается быстро. Самое трудное – сдать ТОЙФЛ. Это специальный тест на знание языка. Без него нельзя пойти в университет. Я к ТОЙФЛ с Еленой Павловной готовлюсь. Она уже подготовила несколько человек, которые я точно знаю сдали.

- Я тоже хочу учить английский и готовиться к ТОЙФЛ, - сказала Таня, - Когда ты идешь к этой Елене Павловне? Послезавтра? Я иду вместе с тобой.

Елена Павловна оказалась молодой рыжеватой женщиной, похожей на актрис вторых ролей в фильмах из жизни американской провинции. Она представилась, сказала что преподает в университете, быстро проверила Таню на вшивость, успела за это время множество раз улыбнуться и подвела итог:

- Ты, Таня, конечно, далеко позади Юры, но если будешь много работать, наверстаешь. Девочки вообще осваивают язык быстрее мальчиков. Можно попробовать.

- Елена Павловна, - сказала Таня, - я очень хочу с Вами заниматься, но боюсь что мои родители будут против. Они хотят чтобы я поступала на юридический и сейчас больше напирала на историю. Я и так в последнее время не очень, а тут еще и английский...

- Think positive! – сказала Елена Павловна и в очередной раз улыбнулась.

– Попробуй с ними поговорить. Скажи что мальчик из твоего класса предложил тебе заниматься с ним потому что вдвоем дешевле. Про ТОЙФЛ не говори – и ты не объяснишь правильно и они не поймут. Еще помни что они твои родители и хотят тебе добра. А сейчас можешь посмотреть и послушать наш урок.

Когда после урока наши герои вышли на улицу в промозглую декабрьскую темень, Юра сходу спросил:

- Ты что на самом деле идешь на юридический? Туда же можно поступить только из армии, из милиции, из села или по большому блату. Слушай, кто твои родители?

- Мой папа служит в КГБ, он полковник. Мама – завуч в 12-й школе. Оба работают допоздна, а когда встречаются дома, каждый по привычке начинает командовать. Ничего хорошего из этого не получается. Поэтому они стараются бывать дома пореже. – Таня закусила губу, но быстро перестроилась, - Для нас с тобой это просто замечательно!

Слово «КГБ» в семье Юры всегда произносили тихо и с затаенным страхом. Поэтому в первую секунду ему захотелось просто убежать. Но тут он почувствовал теплую Танечкину ладонь в своей, вспомнил «Think positive» Елены Павловны и молча пошел провожать Таню. Было уже поздно, редкие прохожие словно призраки плыли в холодном тумане. Один из этих призраков, но покрупнее, нервно расхаживал около Таниного подъезда. – Это папа, - шепнула Таня и побежала.

- Кто это тебя провожал? – было первым вопросом Виталия Петровича, - потом он спросил, - Ты не замерзла?

- Нет, не замерзла. Мы были совсем недалеко. Это Юра Баршай из моего класса. Мы сидим за одной партой. Он предложил мне вдвоем заниматься английским с университетской преподавательницей, чтобы было дешевле. Я пошла с ним на урок познакомиться и посмотреть. Учительница мне очень понравилась и занятие тоже. Без английского сейчас никуда. Папа, ты не против?

- Как зовут преподавательницу? Понял. Дай мне денек-другой подумать.

На следующее утро Виталий Петрович, попросил своих ребят пробить по картотеке Юру и Елену Павловну. Сверх уже нам известного выяснилось что почти каждую неделю Юриной матери звонит человек с той же фамилией, что и ее девичья, и что родились они в одном городе. Одним словом, скорее всего ее брат. Предполагаемый брат, Грегори (Гриша) Бройдо, оказался математиком, работал на министерство обороны США и был одним из главных разработчиков сверхсекретной системы ЖПС, которая по разведданным была способна определить с высокой точностью местоположение любого объекта на земной поверхности независимо от скорости передвижения. С ним много раз пытались войти в контакт через бывших соучеников, друзей и девушек, но всегда безуспешно. Гриша славился нелюдимым характером. Никаких сестер в СССР за ним не числилось. Елене Павловне тоже звонили со всех концов света, но это были все ее бывшие ученики.

Виталий Петрович поразмыслил и решил идти к генералу. Благо они дружили еще с 1968 года, когда вместе участвовали в операции «Дунай» в Праге. Генерал внимательно выслушал Виталия Петровича и тоже попросил день на размышление. Вызвал на следующий день и сказал:

- Молодец, Виталий! Прошляпили наши сестру. Гриша ее в анкете не указал, а московские не проверили. Едут эти Баршаи вроде к тете в Израиль, а приедут к брату в США. До чего хитрожопый народ! Если бы не мы, все бы давно разбежались! Значит так. Оформляй Таню стажеркой, но сам понимаешь, ей об этом знать незачем. Пусть ходит на английский и не волынит. Без английского сейчас никуда. Платить будем мы.

Заниматься английским вдвоем оказалась невероятно увлекательно. Настолько увлекательно, что все остальное пришлось свести к минимуму, кроме секса разумеется. Зато секс и английский не просто сочетались, но и обогащали друг друга новыми яркими красками. Незатейливое английское "I'm coming" возбуждало Юру гораздо сильнее чем русское «Я кончаю». Однажды после нескольких "I'm coming" они уснули так крепко что проснулись около шести. Юра быстро натянул на себя одежду и выскочил из квартиры. На лестнице он столкнулся с здоровенным мужиком, несомненно Таниным отцом.

Виталий Петрович тоже столкнулся с каким-то мальчишкой. Короткий взгляд - и тренированная память мгновенно выдала фотографию из дела Юры Баршая. Будь Таня не его дочкой Виталий Петрович ровно через пять минут знал бы что делал этот сопляк в его квартире. Для этого существовали проверенные годами методы. Но для дочки они не годились. Откуда-то из глубины памяти всплыла презумция невиновности и необходимость понимать соответствие собственных выводов тому, что имеет место в действительности. Одним словом, получилось что в данном деле следствию нужно больше фактов. Нужны факты – будут факты, – подумал Виталий Петрович, - Для опытного оперативника это как два пальца обоссать. - Взял на работе жучок, поздно вечером установил его на лавочке напротив подъезда, где всегда сидели местные старухи, и в полдень следующего дня обосновался на детской площадке, которая была вне поля прямого зрения. Сел он так чтобы казаться пониже, а наушник спрятал под шапку. Включил. Старухи повели неспешный разговор о болезнях и соседях. Виталий Петрович почти задремал от их монотонных голосов, когда на горизонте появилась его Таня с тем самым мальчишкой и вошли в подъезд. За спиной у мальчишки болтался тощий рюкзак – однозначная примета разлагающего влияния Запада.

- Опять Танька своего хахаля повела. Почитай каждый день водит, - сказал голос в наушнике.

- Видно скоро в подоле принесет, - сказал другой голос.

- А может и не принесет. Евреи, они хитрые. От нашего уже давно бы залетела, - сказал третий голос.

Впервые в жизни у Виталия Петровича заныло сердце и стало трудно дышать. Он чувствовал себя преданым, униженным, обманутым. И кем? Собственной дочерью. Самым обидным было то что его, кадрового чекиста, уже черт знает как давно водил за нос какой-то сопливый еврей. Хотел было немедленно пойти домой и разобраться что к чему, но когда попытался встать, снова закололо в груди. Виталий Петрович испугался и так и остался сидеть на мартовском солнышке до тех пор пока из подъезда не появился Юра. В рюкзаке у него лежали два блина от штанги. Пару дней назад Юра нашел их недалеко от Таниного домы и оттащил к ней чтобы забрать позже. Под тяжестью блинов он согнулся в три погибели и еле переставлял ноги.

- Смотри как идет, - сказал голос в наушнике, - ровно как шахтер после смены.

- Так ты на девку посмотри, - сказал другой голос, - она ж как кобылица племенная и в самом соку.

- Заездит она парня, хоть и еврей - сказал третий голос, - и куда только его родители смотрят?!

Теперь сердце Виталия Петровича болело совешенно нестерпимо. Поэтому ему пришлось просидеть еще около получаса. За это время понял что дочка стала взрослой, и не появись Юра, появился бы кто-нибудь другой. Против природы не попрешь. Вспомнил как Юра выходил из подъезда, его согбенную фигуру, волочащиеся ноги и даже посочувствовал ему по-мужски. Так что эта беда - не беда. Настоящая беда что Танька спуталась с евреем и предателем Родины. - Пойдут слухи, полетят анонимки, ни к чему все это, - думал Виталий Петрович и решил что Юра должен исчезнуть и как можно скорее. Как? Очень просто – пусть уезжает в свою Америку. У Виталия Петровича сразу отпустило сердце. Он пошел домой, налил себе стакан коньяка, чего никогда не делал в будни, и проспал до утра.

На ближайшем совещании в райкоме он сел рядом с замначальника ОВИРА и проинформировал его что семье Баршай пора уезжать. Замначальника взял под козырек, а по пути на работу все думал сколько же Виталию Петровичу за это дали. Затребовал дело Баршаев, понял что брать с них нечего, решил что это сугубо по работе, успокоился, и зелеными чернилами наложил резолюцию: «Просьбу удовлетворить. К исполнению»..

Через два дня Юра влетел в класс за секунду до звонка с совершенно сумасшедшими глазами. Нацарапал записку и передал Тане. Таня прочитала:

- Нам дали разрешение, мы уезжаем. –

Таня написала в ответ:

- А я?

Если честно, Юра никогда не задумывался что будет после того как им дадут разрешение и отвечать Тане ему было нечего. Поэтому его аналитический ум начал решать поставленную задачу. Когда ответ был найден, прозвенел звонок на перемену. Таня вытащила Юру на улицу и снова задала тот же вопрос:

- А я?

- Если бы мы с тобой были мужем и женой, мне кажется тебя было бы можно вписать в кейс...

- Где же ты раньше был? – возмутилась Таня. После школы мы идем за паспортами и в три встречаемся у районного ЗАГСА. Не волнуйся, think positive! Знаешь где это?

Юра знал.

В ЗАГСЕ ближайшим возможным днем оказалось 13 мая, пятница. На него наши герои и назначили свое бракосочетание. Остановка теперь была за малым – сообщить радостную новость родителям. Подбросили монетку куда идти сначала. Получилось к Юриным. Юра позвонил и сообщил что приведет в гости одноклассницу. Мама послала папу за тортом и предупредила чтобы он молчал пока гостья не уйдет. Юра готовил речь и вроде все продумал, но когда вошли сразу выпалил:

- Это Таня. Мы женимся 13 мая. Танин папа работает в КГБ. Сели пить чай.

- Танечка, что это у тебя за пятнышко на зубе? Пошли посмотрю, – сказала мама и увела Таню в другую комнату. Через полчаса они вернулись. Допили чай. Юра пошел провожать свою теперь уже невесту.

- КГБ с собой не повезу, - мрачно изрек папа.

- Повезешь, но не КГБ, а Таню, - возразила мама. Там такую девушку он не найдет, а уж жену тем более. Гриша уже сколько раз женат был?! И все неудачно. А эта нарожает тебе замечательных здоровых внуков.

- Откуда ты это взяла?

- Я видела ее зубы.

Прошло несколько дней и начались весенние каникулы. Таня уехала с классом на экскурсию в Полтавскую область. Спешить было некуда и Виталий Петрович шел со службы домой пешком. В стороне от дома ему бросилась в глаза чужая черная «Волга». - По мою душу, - почему-то подумал он, и оказалось не напрасно. На скамеечке около дома, где всегда сидели старухи, теперь сидел генерал.

- Садись, Виталий, - сказал генерал, - разговор есть. Виталий Петрович сел.

- Уезжают, значит, Баршаи? Ты вроде должен быть в курсе дела... В курсе? Вот и хорошо. Твоя Таня за Юру Баршая замуж собралась. Уже знаешь? Еще нет? Значит я тебя первым поздравил. Москва Танино решение поддержала. Говорят свой человек в тылу врага никогда не лишний. Да не волнуйся ты, она же твоя дочка. Не пропадет. Иди наверх и собери какую-нибудь закуску. Твоя Антонина на подходе. Дай мне с ней поговорить. Сам ты не справишься.

Вернувшись домой с каникул, Таня набралась мужества и сообщила родителям о своих планах. Странно, но факт – они отнеслись к новости довольно спокойно. Мама, конечно, расплакалась:

- Танечка, зачем тебе уезжать? Что ты там забыла? У тебя здесь все есть и все будет.

- Мамочка, ну как я Юру одного отпущу. Посмотри какой он замечательный. Его там сразу какая нибудь миллионерша перехватит. Посмотри какая я дылда. Ну кому кроме Юры я нужна? Не волнуйся, я не пропаду. Я же ваша дочка, - и тоже расплакалась...

- Ладно, пусть приходит к нам. Посмотрим что за птица, - сказала мама.

Внушить Юре что с ее родителями нельзя спорить было трудно, но в итоге он пообещал. Познакомились. Сели за стол. Виталий Петрович опрокинул первую рюмку коньяка, потом вторую и немного расслабился.

- Где в Америке жить собираетесь?

- Сначала поедем в Нью-Йорк, а там еще не знаем.

- А чего же в Нью-Йорк? - проявил осведомленность Виталий Петрович, - Там же крысы по улицам бегают, в Центральном Парке ограбить могут в любое время дня и ночи, от реки воняет, смог, бездомные... Город желтого дьявола, одним словом.

Таня наступила Юре на ногу и он вспомнил что спорить нельзя. Поэтому с самым невинным видом задал вопрос:

- Вы наверное там были, Виталий Петрович?

- Да зачем мне там бывать? - почему-то обиделся будущий тесть, - Сейчас двадцатый век. Я газеты читаю, телевизор смотрю, кино. Там наши замечательные журналисты трудятся, держат нас в курсе дела. А я чего там не видел?

- А куда бы Вы посоветовали ехать?

Виталий Петрович задумался. В Техасе стреляют, в Майами сплошное блядство, в Чикаго мафия во главе с Аль Капоне. Вспомнился плакат хрущевских времен из серии «Догоним и перегоним Америку». Там тощая коровенка с серпом и молотом на боку бежала за здоровенной коровой с американским флагом. Подпись под плакатом гласила: «Держись корова из штата Айова». Чего хорошего в этой Айове Виталий Петрович понятия не имел. Поэтому он честно ответил:

- Не знаю, мне и здесь хорошо - и добавил, - ты, Юра, смотри Таню не обижай. Ты знаешь где я работаю, на Луне достану.

Таня с мамой в это время уже обсуждали платье для ЗАГСА, Юра думал только о том как хорошо бы было увести Таню в ее комнату. Последние слова Виталия Петровича прошли мимо его ушей, и вечер закончился мирно.

У многих девушек перед замужеством мозг сосредотачивается на предстояшей свадьбе и отключается от всего остального. То же произошло и с Таней с той только разницей что у нее для этого были веские причины. Со свадебной церемонией как таковой все было достаточно просто: фата, белое платье, белая «Чайка», белые розы... Но каким образом посадить за один стол отказников и чекистов не мог придумать никто. Ну как скажите офицеру КГБ чокаться с изменниками Родины? Коллеги не одобрят, не поймут и обязательно напишут телегу. А как отказнику чокаться с товарищем, который вчера приходил к тебе с обыском? А например, тосты? Каково, например, бойцу идеологического фронта поднять бокал за «следующий год в Иерусалиме»? А каково еврею-отказнику выпить за «границу на замке»? А музыка?.... Таня и обе мамы не спали ночами, но так и не смогли ничего придумать. Совсем расстроенная, Юрина мама позвонила своей тете в Днепропетровск предупредить что свадьбы скорее всего не будет.

- Деточка, - сказала тетя, - когда я была девочкой, у нас в Черткове на свадьбах, бармицвах и вообще на всех праздниках женщины и мужчины гуляли отдельно. Сидели за столами отдельно, танцевали отдельно, и всем было хорошо и весело. Если, например, свадьбу устраивали богатые люди, они снимали два зала – для женщин и для мужчин. Вы тоже можете так сделать. Снимите зал для наших гостей, снимите зал для тех, а жених и невеста будут переходить из одного зала в другой.

- Смотри, - подумала Юрина мама, - мы тут страдаем, а евреи все давным-давно придумали. Ресторан с двумя уютными залами по разным концам длинного коридора нашелся уже на следующий день.

В день свадьбы на дверях одного из этих залов появилась красивая табличка с щитом и мечом. Чтобы никто ничего не перепутал. А за дверью шла свадьба по годами накатанному сценарию «Операция Выездная сессия». Назначили прокурора, заседателей. Генерал занял место судьи. Сначала судили молодых и приговорили к пожизненному сроку счастливой совместной жизни без права обжалования и досрочного освобождения. Потом уже судили всех присутствующих поочередно. Судья был снисходителен и приговаривал всех к огромному рогу в красивой оправе, который в незапамятные еще времена конфисковали у грузина-вора в законе. После того как рог обошел по кругу начали петь «Я в весеннем лесу пил берёзовый сок» и «С чего начинается Родина» как бывало всегда, когда праздник удавался.

На другой двери был листок с крупной надписью от руки «ВОИР». За этой дверью гости почередно рассказывали об успехах своих родственников и друзей на всех континентах матушки-Земли и желали того же молодым. Потом танцевали «Хава Нагила» и «7:40». А сами молодые каждые полчаса переходили из зала в зал вместе с музыкантами. К полуночи музыканты прилично набрались и начали путать репертуар к крайнему недоумению гостей, которые в и в том и в другом залах мгновенно затихали и начинали тревожно оглядываться вокруг. Таню и Юру эта путаница очень веселила и почему-то из всей свадьбы запомнилась больше всего.

За следующий год молодые успели недолго пожить в Вене, довольно долго недалеко от Рима в Остии и наконец приехали в Нью-Йорк. Теплым майским днем Таня впервые очутилась на Бродвее недалеко от Уолл-стрит. Небо было голубым, в воздухе пахло жареным арахисом. Из небоскребов толпой валили люди и разбредались по многочисленным ресторанчикам. Мимо Тани проходили женщины в невероятно шикарных (как ей тогда казалось) деловых костюмах. Большинство из них были такими же крупными как она, а многие и покрупнее. -Мамочка, - подумала Таня, - я больше не дылда, я такая как все! Никогда и никуда я отсюда не уеду.

Сейчас Таня и Юра живут в Калифорнии. У них трое детишек. Юра пытается поднять свою IT- компанию, а Таня командует местным отделом кадров в компании с громким именем. Одним словом, обычная американская судьба. Иногда к ним приезжает Танина мама, иногда - Виталий Петрович. Он вышел в отставку и теперь директор внешнеторговой фирмы. На судьбу не жалуется. Елена Павловна продолжает готовить будущих студентов к тестам, но теперь из Новой Зеландии. На http://passatest.livejournal.com/ вы даже можете на нее посмотреть и познакомиться с ней.

Да, совсем забыл. ТОЙФЛ, с которого все началось, и Юра и Таня сдали с баллом выше 600 с первого раза.

Моя учительница музыки, Инесса Александровна, была удивительной женщиной. Насмешливые искорки в глазах, целый рюкзак шуток-прибауток, взрывная смесь терпения и горячности – она вошла в мою жизнь, словно опрокинув цветные краски. Меня, шестилетнего пацана, отец привел в класс, эффектно бросил пару шуток, дал рекомендации относительно любимых произведений и умчал на работу. А я замер на пороге… Ее темные, шелковые волосы до плеч, яркая помада, пунцовые ногти, туфли на высоченной шпильке, золотые часики на руке с ажурной крышечкой сразили меня наповал… В моем убогом дворе не было таких женщин. Моя мама никогда не пользовалась косметикой, дома не было ни кремов, ни духов, ни помад, ни маникюрного лака. И мне захотелось остаться в этом волшебном мире. Я завороженно слушал, как Инесса Александровна играла. Сильные руки, быстрые пальцы, мощные аккорды – несчастная «Лирика» начинала раскачиваться во время ее игры. Когда мы разбирали новые произведения, Инесса Александровна подсаживалась ко мне, пододвигая стул и мерно ногтем отстукивала ритм. Проставляя номера пальцев на нотах, она мягко наваливалась на меня плечом, и я испытывал странное волнение от близости чужого человека, слыша ее дыхание и терпкий аромат духов. Она была ровесницей моих родителей и казалась мне очень старой. И невыносимо прекрасной. Я одновременно боялся и обожал ее.

Мне было стыдно рассказывать ей о том, что творилось у меня дома. Но каким-то шестым чувством она понимала, что играть дома сложно. Пьяный батя с топором, орущие младшие сестры, вечные потасовки с братом оставляли лишь небольшой временной интервал для занятий.

- Приходи заниматься сюда, в школу. У тебя осталось два свободных дня в неделе, - предложила Инесса Александровна.

И вопрос был решен. Сразу после школы, не заходя домой, я садился в автобус и ехал на другой конец города - в музыкалку. Инесса оставляла своего ученика и шла со мной по школе, ища свободное помещение. Она запирала меня в классе, оставив два бутерброда с вкуснейшим сервелатом и коробок спичек на левой стороне клавиатуры. «Перекладывай по одной спичке с левой стороны на правую каждый раз, как полностью сыграешь произведение. Пока коробок не закончится. Тогда будем считать, что отработал». Произведений в программе было пять. Домой идти я не хотел. И играл до посинения. В прямом смысле. Огромные старые окна продувались насквозь, батареи почти не грели, в классах было холодно. Периодически вставая, чтоб размяться, поприседав и побегав, я садился на собственные пальцы, пытаясь отогреть их. И вновь перекладывал спички…

Прошло много лет. Когда в 20 лет съехал от родителей, то через полтора месяца вдруг ощутил нестерпимую тоску – я должен ДОЛЖЕН забрать свой инструмент, мою огромную черную «Родину». Оказывается, когда мне было плохо – я играл. И когда хорошо – играл тоже. Теперь же какая-то часть меня оказалась просто парализованной. Я тогда жил в комнате 3 на 3. Из мебели - кушетка, да узкий шкаф. Похрен, я поехал и забрал его! Холостяцкая жизнь, дом полон гостей, моих приятелей, друзей брата, бурные вечеринки, пьянки, свидания. Но если кто-нибудь из гостей ставил бокал на крышку пианино – где-то в глубине меня зажигалась красная лампочка – этого человека я больше не приглашал.

С тех пор я много раз переезжал. И мое пианино - всегда со мной. Я не брошу эти 300 кг боли и счастья. Семь октав грусти и наслаждения. Иногда, при очередном переезде, я оставлял почти всю свою мебель на прежнем месте - диваны, кресла, столы, кухонные гарнитуры. Но моя «Родина» поедет со мной. И если б каждый раз я брал десятку, когда кто-то мне советовал сменить акустический инструмент на более компактную электронику, я бы уже купил самолет. Однажды я все-таки поддался, решился и притащил домой синтезатор-самоиграйку. 450 режимов звука – от флейт, клавесина и скрипок до хорового пения, возможность записи, встроенные варианты ударных, полная имитация игры на механическом инструменте. Уже через два месяца я наигрался и подарил это «чудо» друзьям.

Видимо, Инесса Александровна вместе с нотами заложила что-то еще в мою детскую душу. А я тем временем перекрасил старенькое фортепиано в цвет кофе со сливками и прикрутил к нему витые золоченые подсвечники. И теперь я играю при свечах!

Голодная зима кризисного 98-го. Меня угораздило снимать новогоднюю программу. В ней должен быть эпизод, когда из нашей веселой студии с актерами и певцами, Дед мороз неожиданно дарит телевизор случайным людям в глухой деревне. Такой легкий псевдо - интерактив.

В те времена большой телевизор "Sony" - был крут не только для глухой деревни.

Заехали наугад, километров сто от Москвы. Со мной съемочная группа, телевизор, наряженная елка и т.д. Вечереет. Свернули на совсем хреновую проселочную дорогу, и я решаю, что дальше забуксуем и поэтому "счастливчик " живет в этой деревне.

Стучим наугад в первый попавшийся дом. Я задумал, что не сразу скажу про подарок, пусть люди просто захотят нас пустить снимать, а за то, что они гостеприимные хозяева, тут-то им и сюрприз будет...

Открывает сорокалетняя тетка в ночнушке и валенках:

-Че надо?

-Добрый день, мы из Москвы, приехали снимать новогоднюю программу, впУстите нас? Это много времени не займет, часа три. Через неделю, в новогоднюю ночь, себя по телику увидите.

Выглянул ее муж, и сын - балбес с нахальным взглядом. Сын сказал:

- Мы снимаемся только за деньги, а если бесплатно то - ноу хау, ну то есть ноу коментс. Ну че, заплатите или ноу коментс?

Я посмотрел вглубь комнаты сквозь щели в семье и сказал:

- У вас бревенчатые стены закрыты обоями, не видно деревенской фактуры, да и денег за съемку мы не платим.

Тетка:

- Ну тогда нам не надо ваших съемок, тем более я смотрю вас аж пять человек - натопчете в зале, выстудите хату. Да и задаром нахер надо... Идите лучше к Макаровым, у них и стены без обоев и не откажут. А я пальто накину, вас провожу. Посмотрю хоть какая Макарова артистка...

---------------

Стучимся в дом, открывают бабка с дедом. Обрисовываю ситуацию. Пускают, говорят:

-Снимайте если надо, да только извините, мы не готовы, у нас не убрано.

- "Нормально", говорю. " Обещаю, что все будет красиво"

Старики, узнав, что нужно снимать "новогодний стол", смутились:

-Простите, мы еще не готовы, пенсию отправили сыну на север, так что даже не знаем, что поставить на стол... Ну вы то с дороги, садитесь ребятушки, покушайте. У нас есть щи..

Мы впятером умяли кастрюлю пустых щей, поблагодарили и я говорю:

- А где у вас телевизор?

- Да был...Сломался.

Тут я понял - это мы удачно зашли... Вконец смутившимся старикам, говорю:

-Вы не переживайте о еде, у нас все с собой.

Через полчаса большой деревянный стол ломился от яств, был даже жаренный поросенок. Все настоящее и очень не дешевое.

Соседка, приведшая нас, всплеснула руками:

- Чего же вы мне не сказали, что у вас с собой столько жратвы? Мы бы тоже согласились.

-Так вы же спрашивали про деньги, а денег мы не платим.

Тетка продолжала:

- Скатерть самобранка! Повезло же вам Макаровы, но вы хоть мне потом вот эту бутылочку дайте, я же их к вам привела.

Я говорю:

-Привели и спасибо, мы вас больше не задерживаем.

-Все, молчу, молчу. Я тихонько посижу . Началась съемка, подошли к кульминационному моменту, киваю - мол, пора. Ребята притащили в дом огромную коробку с телевизором.

Я говорю:

- Вы сидите за столом, чокаетесь и тут с этой стороны камеры, по столу въезжает телевизор- подарок деда мороза.

Немая сцена.

Я с удовольствием смотрел на умирающую соседку. Выглядела она, как будто узнала о начале войны с Германией. Внутренняя борьба жадности с завистью, убивала ее. После ступора она подскочила как кузнечик, бросилась ко мне и почти закричала:

-Стойте не снимайте! Подождите пять минут! Это очень важно! Не снимайте, пока я не вернусь!

С этими словами тетка убежала. Мы потихоньку доставали телик из коробки, успокаивали счастливых стариков. Прошло не более 15-ти минут, забегает соседка и тащит меня за рукав на улицу.

Мне стало даже интересно. До ее дома метров 100, не больше, но по дороге я успел узнать, что Макаровых нельзя снимать - у них сын сидит в тюрьме за драку с милицией. Да и самого старика Макарова когда-то выгнали из партии, за то, что качал права перед правлением.

Захожу к тетке в дом и чуть не сползаю по стенке...

Муж и сын – балбес, тяжело дышат, весь пол завален кусками рваных обоев. Вокруг пустые бревенчатые стены.

Тетка:

- Вот пожалуйста, как хотели - все стены деревянные. Все, можете снимать. Я прошелся по комнате, осмотрелся и сказал:

- Вы знаете, все же у Макаровых фактура дерева нам больше подходит. Но за предложение спасибо. Ну, мне пора на съемку. Извините за компанию. С наступающим.

----------

К детям, которые не верят в Деда мороза, приходит злой Бабай с мешком

Валерий Петрович- глава крупной охранной конторы. Но в силу специфики бизнеса, охраняют его ребята не какие-то сложные объекты, а просто большие площади, которые мало кому интересны ибо тащить особо нечего. Но народу в компании под 1000 человек. Контингент- соответствующий, состоящий преимущественно из молодых пацанов без сильного желания крутого карьерного роста ( в лучшем случае), а в худшем- вообще без желания чего-либо кроме тишины и самогона. Руководители среднего звена были разными - но большей частью отличались от рядовых охранников только некоторым наличием мозгов и ответственности. Высшее руководство, кроме Валерия Петровича, состояло из отставных силовиков и имело свои взгляды на жизнь нередко весьма специфические, которые однако, позволяли решать большинство появлявшихся проблем. Сам Валерий Петрович, в прошлом конторский полковник, жил весьма тихой жизнью потомственного силовика.

Но вот как то, сидя в бане с руководителями подразделений и замами, у него зашел жесткий спор про ВОВ. Дед Валерия Петровича погиб, как и два его брата, ещё до Сталинградской битвы. Мнения собравшихся разделились, и дискуссия стала приобретать весьма напряженный характер. Доводы были классическими - вы можете почитать их зайдя на любой исторический форум нынешнего времени.

И тут Валерий Петрович взял слово. "Дорогие сотрудники! Я тут подумал, и понял, что нам просто необходимо сплотить силы нашего коллектива. Тем более, что компания "Одуванчик", на объектах которой работает почти половина нашего персонала, нам не заплатила и в целях профилактики таких действий мы на один день частично снимем своих людей с её объектов. Так же все, кто не находится на дежурстве, к нам тоже присоединятся. Об остальном - сообщу накануне. Форма одежды - для турпохода."

И вот настал великий день. Валерий Петрович не рассказал ничего даже своему первому заму- ибо все должно быть честно.

Приехав на место, персонал в количестве почти 700 человек ( 1-2 батальона в зависимости от времени и рода войск) увидел перед собой большое поле, огороженное флажками.

По краям поля стояли люди с пластмассовыми щитами и в шлемах.

Далее всем присутствовавшим к их вящей радости была роздана форма для игры в пейнтбол и личное оружие. Кроме личного, среднему руководству выдали с десяток чудес пейнтбольной техники типа минометов и пулеметов. Более того - 2 руководителям даже досталось по личному минитанку:)

А уж когда перед рядовым персоналом поставили ящики с гранатами - тут началась эйфория как на Новый Год.

Когда общая эйфория от происходящего улеглась - Валерий Петрович попросил руководителей построить персонал повзводно и вышел перед строем с мегафоном в руках.

"Уважаемые сотрудники! Сегодня Вы лично, можно сказать на собственной шкуре, узнаете, что такое ВОВ. Более того - у Вас будет облегченный вариант - ибо вас, дорогие мои, не будут бомбить с воздуха самолеты и не будет обстреливать артиллерия. Перед Вами- поле. В середине поля на траве краской прочерчена линия. Все, кто через 15 минут после начала боя не перейдут эту линию - будут уволены из компании. За правилами следит сторонняя организация, которую я специально нанял, о чем не знали даже ваши руководители. Вступать в спор с судьями не разрешается. В конце поля - 2 ДЗОТА и 2 снайпера. Против Вас играет ШЕСТЬ человек. Вас тут без малого 700.

Сотрудники начинаю ржать в голос.

Повторяю, для тех кто не услышал или не поверил - против вас играет ШЕСТЬ человек, а вас семьсот. У вас полтора десятка пулеметов и минометов и два танка. У них - только 2 пулемета и личное оружие.

Эйфория не унимается.

Сейчас по одному выбранному человеку из каждого взвода пойдет со мной и посмотрит на этих людей. Запомнит в лицо, что бы потом не было возмущения на тему что кто-то кого то обманул.

А теперь о приятном и неприятном.

Мое слово всегда выполняется и это все знают ( в компании это было железное правило, карал и благодетельствовал Валерий Петрович с барской щедростью и жестокостью соответственно). Про увольнение тех, кто не пересечет через 15 минут линию, отмеченную краской, я написал. Время поймете по свистку- его дадут за минуту до истечения времени. Те, в кого попадает краска, вне зависимости от места попадения, выходят из боя, вставая и СРАЗУ идя в обратную сторону без оружия. Оружие остается на земле на том месте, где в вас попали. Человек, продолживший движение после попадения в него, и замеченный за этим судьей, увольняется вне зависимости от должности. А теперь главное: Через час бой будет окончен. -Те, в кого не попадет краска, получат по 3 полных оклада и внеочередной 2-х недельный оплачиваемый отпуск. Овации в коллективе. Перед дзотами есть очерченная краской линия, означающая 5-метровый рубеж. Те, кто через него перейдет - получит полугодовой оклад и месяц отпуска за счет компании. Овации в коллективе нарастают. А теперь- главное. Тот, кто войдет в помещение ДЗОТа - получает премию в виде годового оклада и два месяца оплаченного отпуска со всей семьей на моей личной вилле в Испании.

Овации после этой фразы были достойны съезда Партии в её лучшие годы...

А сейчас начальники, которые назначаются командирами взводов, под руководством моих замов будут разрабатывать стратегию боя, а вы пока сможете попристреливать личное оружие на мишенях. Кстати, на последок замечу, что практически все присутствующие прошли двухгодичную службу в армии, и хорошо умеют обращаться с оружием, а так же в курсе воинской дисциплины. Ваши деды, воевавшие в начале ВОВ, всего этого не имели. Я закончил, приступайте."

Дальше была эйфория, смех, халявных самогон, пристрелка оружия и разработка плана. Выбранная группа осмотрела укрепления на другой стороне поля и увидев хлюпиков, которые будут все это защищать, принесла своим коллегам ещё больше радости.

А потом был БОЙ. Про него вы можете почитать в большом количестве исторической литературы про тот же Ржев. Собственно - ничего нового. Ещё раз подчеркну- ребят не бомбили с воздуха, не было мин и артиллерии. Лафа. А вот итоги были весьма интересными:

Из всего личного состава через час осталось в "живых" менее 15 человек. ПОЛОВИНА ВЗВОДА.

Большая часть из них спряталась за танками, командиров которых убило в первую очередь, и лежала там друг на друге как селедки, выпихивая на поле всех, кто пытался туда влезть, не считаясь со званиями.

Последовало около 20 увольнений по причине конфликтов с судьями, из которых парочке даже досталось по щам с обещанием "вы.бать всю родню".

До ДЗОТОВ не дошел НИКТО.

Один сотрудник, воевавший до этого в Чечне и работавший на отдельном объекте, сумел пересечь 5-метровую линию у ДЗОТа, но сразу был убит.

Потери оборонявшихся- ОДИН РАНЕННЫЙ В РУКУ СНАЙПЕР.

Кстати, настроение у "выигравшей стороны" было крайне хреновое - больше с таким сценарием они играть зареклись.

Замы Валерия Петровича в дискуссии на тему ВОВ с ним больше не вступали.

Язык животных — это не просто звуки или жесты, а сложная система сигналов, которая помогает выживать в дикой природе. В отличие от человеческого языка, который абстрактен и грамматичен, животные используют коммуникацию в природе для конкретных целей: предупреждения об опасности, привлечения партнера или координации группы. По данным Королевского общества (Royal Society), около 90% сигналов животных — это невербальные: запахи, позы и визуальные метки.

Интересный факт: Язык животных часто мультимодальный. Пчелы, например, сочетают танец (визуальный сигнал) с феромонами (химический). Карл фон Фриш, нобелевский лауреат 1973 года, расшифровал "танец виляния" пчел: он указывает направление и расстояние до цветов с точностью до 100 метров!

На суше волки — мастера вокала. Их вой не просто "ау-у-у", а код: короткий вой зовет на охоту, длинный — предупреждает о границе территории. По данным Wolf Conservation Center, вой распространяется на 10 км в лесу, помогая стае координировать действия и избегать конфликтов. А знаете ли вы, что волки распознают индивидуальные голоса, как мы — лица? Эксперименты с аудиозаписями подтверждают: они реагируют только на "знакомые" голоса (исследование в Animal Behaviour, 2015).

Птицы — чемпионы по звуковой креативности. Воробьиные поют до 200 разных песен, чтобы привлечь самку. Орнитологи из Корнеллского университета зафиксировали, что некоторые виды, как лирохвосты, имитируют звуки других животных, создавая "ремейки" для обмана хищников. Это не просто пение — это биология животных в действии, где звук служит инструментом выживания.

Визуальные сигналы не менее впечатлящи. Павлины распускают хвост не для красоты, а чтобы показать генетическое здоровье: яркие цвета сигнализируют о сильном иммунитете (исследование в Proceedings of the Royal Society B, 2007). Хамелеоны меняют цвет не только для маскировки, но и для общения: зеленый — спокойствие, красный — агрессия. Ученые из Университета Женевы доказали, что эти изменения вызваны гормонами, реагирующими на эмоции.

Морские обитатели тоже визуалы: осьминоги используют "кожный язык", меняя текстуру и цвет для угрозы или ухаживания. В аквариуме Сан-Диего осьминоги общаются с 50+ паттернами, распознаваемыми только сородичами (National Geographic, 2020).

Экологически это спасает жизни. В коралловых рифах рыбы-клоуны издают звуки, предупреждающие об акулах, а в лесах обезьяны кричат "змея!" разными тонами для разных угроз (исследование в Nature, 2018). Это повышает выживаемость на 20-30%.

Вмешательство человека оказывает негативное воздействие. Шумовое загрязнение океанов препятствует нормальной коммуникации китов, вызывая у них стресс (по данным WWF). Глубокое понимание биологии животных имеет решающее значение для успешной охраны природы. Например, активисты используют записи звуков животных для мониторинга состояния популяций.

Уволили врача. С треском. За «нарушение, несоответствие и прочая, и прочая». Тихая спокойная женщина, всегда вроде была терпима и непоколебима, но тут сорвалась.

Обвал вызовов, сплошная поликлиника и острые приступы, консультации. Вызов — двенадцатиэтажка, лифт дежурно не пашет, идем пешком аж на 11-й этаж. Поднимаемся, отдыхиваясь — вызывающая стоит у дверей, снимая нас на телефон, и задорно так комментирует «Вот так у нас «скорая» на вызов торопится».

Молча входим, не реагируя. Мадам живет одна, имеет стопицот жалоб на здоровье, без единой внятной, основная и любимая «плохо, чо непонятного?!».

Держит нас больше часа, требуя консультации по всем имеющимся, включая экзотические, заболеваниям, обязательного расписывания лечения и рекомендаций аж до старости — взамен периодически всплывают фамилии чиновников и прочих шапочно знакомых фсбшников, которым при отказе тут же будет отзвон. Уходим совершенно выжатые.

Следующий вызов — «потеряла сознание, не дышит». В другой конец района. Летим, толкаемся через пробки. Дворик «сталинки», толпа народа, труп старушки. Лицо синее, глаза багровые — черт его знает, может, инсульт, может — ТЭЛА [Тромбоэмболия легочной артерии], уже не сказать. Мы успеваем выйти из машины — к врачу подлетает дочь, плюет ей в лицо и вцепляется в волосы. Еле оттаскиваем, терпим ушат помоев на головы, прячемся в машине от разгневанной толпы. Долго ехали, хрен знает где нас носит, больше часа ждали, твари бессердечные, чтоб вас самих так…

Только отпустили с этого — повтор на тот же адрес, к предыдущей тетке, диспетчер по телефону «жалуется на качество помощи».

Едем, я матерюсь, врач странно молчит. Снова подъем на 11-й этаж, снова мадам с телефоном и уже с подругой — в голос обсуждают нашу торопливость, нерадивость и безалаберность.

Вопрос «Повод к вызову?». Мадам, улыбаясь: «Да вашу бумажку я куда-то задевала, где вы назначения писали — напишите еще одну». Моя врач, тихая, милейшая женщина, делает шаг вперед и с размаху ей по роже. На весь подъезд раздается ее истошный крик: «ДА ПОШШШШШЛА ТЫ, ССССУКА!». Еле оттащил. Знакомые чиновники у нее, оказывается, действительно были знакомыми. Уволили по статье, без права работы на СП вообще. Уходя, криво улыбнулась: «Да и черт с ними. Работа, где с убийцами надо сюсюкать, а не морду бить — не для меня».

Задумался. А ведь реально, та мадам — убийца. Не будь ее с ее вызовом — мы бы успели к той бабушке. И к многим другим бабушкам, чьи жизни сожрали вот такие вот мадамы.

Они и сейчас живут. И вызывают. И отнимают ради своего быдляческого «Я» жизни у тех, кому мы действительно нужны.

Они так любят толковать про «врачей-убийц», надо же, как забавно…

Медицинские символы — это не просто значки, а увлекательные истории, отражающие эволюцию медицины от древних времен до наших дней. Представьте: каждая эмблема несет в себе тайну мифов, войн и гуманитарных идей, помогая врачам, аптекарям и спасателям в их благородной миссии. Почему змея обвила посох? Что скрывает шестиконечная звезда? Давайте разберёмся в их происхождении и значении, расположив в хронологическом порядке появления. От богов античности до международных конвенций — эти символы не только украшают больницы и аптеки, но и спасают жизни, напоминая о прогрессе медицины. В этой статье мы постараемся понять, как простые образы стали глобальными стандартами. Готовы открыть для себя тайны медицинских символов? Поехали!

Эти символы не просто иконки — они рассказывают о прогрессе медицины, от мифов древности до глобальной солидарности. Если вы узнали что-то новое, поделитесь в комментариях!