Это не фонтан»: как одесская вода подарила фразе вторую жизнь
Дата публикации: 15.10.2024
Знаешь, бывает так: слышишь фразу каждый день, а потом вдруг задумываешься — а откуда она вообще взялась? Вот и с выражением «это не фонтан» так. Мы говорим его, когда хотим сказать «так себе», «не очень», «не тянет на высший сорт». И почти никто не вспоминает, что у этой фразы есть вполне конкретный, почти осязаемый адрес — Одесса. И вода. Много воды, которую кто‑то вез, кто‑то продавал, а кто‑то очень внимательно пробовал.
Когда вода была товаром
Одесса в конце XVIII — начале XIX века росла стремительно. Город стоял у моря, но пить морскую воду, как ты понимаешь, нельзя. Да и колодцы в приморской зоне давали воду солоноватую, годную разве что для стирки или полива. Для питья она не годилась.
Поэтому воду в город везли. Этим занимались водовозы — одна из самых узнаваемых городских профессий того времени. Представь картину: широкая улица, пыль, жара, и по ней медленно катится телега с огромной бочкой. Рядом шагает крепкий мужик в пропотевшей рубахе — водовоз. Его работа была не из лёгких: вода тяжёлая, дорога неблизкая, а спрос постоянный.
Но самое интересное начиналось не на дороге, а у порога. Потому что вода воде рознь.
Фонтан — это не про брызги, а про скважину
В те времена в Одессе «фонтаном» называли не ту конструкцию с красивыми струями, которую мы видим на площадях, а артезианскую скважину. Именно оттуда брали лучшую питьевую воду. Самые качественные источники нашлись примерно в десяти километрах от центра города. К ним проложили дорогу — и она до сих пор называется Фонтанской.
Вокруг этих скважин постепенно вырос целый район, который тоже стали называть Фонтаном. И вода оттуда считалась эталоном: чистая, свежая, без солоноватого привкуса. Её ценили, за неё платили больше.
А ещё вокруг неё быстро выросла своя маленькая экономика. Водовозы знали: если привезти воду именно оттуда, можно продавать её дороже. Но, конечно, находились и те, кто хотел сэкономить: брали воду из ближайших колодцев, где она была похуже, а продавали как «фонтанскую».
И тут в игру вступали хозяйки. У многих из них был свой, годами отточенный способ проверки: глоток, ощущение на языке, послевкусие. Кто‑то даже специально держал для этого отдельную кружку. И если вкус выдавал солоноватость или «тяжёлость», следовал строгий вердикт: «Нет! Это не Фонтан!»
«Нет! Это не Фонтан!» — дегустация на пороге
Фраза звучала не просто как отказ от покупки. Это была оценка качества. Почти как дегустатор, который говорит: «Вино не тянет на гран‑крю». Только здесь на кону была обычная питьевая вода — но для города без водопровода это было по-настоящему важно.
Со временем фраза ушла в народ. Сначала её использовали в бытовых спорах о воде, потом — в любых ситуациях, где нужно было сказать, что «качество не дотягивает». И постепенно буквальный смысл стёрся, а интонация осталась. Теперь «это не фонтан» — это про всё, что не впечатляет: про еду, фильм, погоду, ремонт, идею…
Песня, которая сохранила память
Любопытно, что память о Фонтане сохранилась не только в поговорке, но и в песне. В старой одесской песне есть строчка: «Фонтан черёмухой покрылся». Речь идёт как раз о той самой Фонтанской дороге: весной вдоль неё цвела черёмуха, и этот запах смешивался с морским воздухом, пылью и запахом лошадей.
Для одесситов это был не просто пейзаж — это был знак места, где начинается «правильная» вода. А для нас сегодня — ещё и маленький исторический маркер, который помогает понять, откуда взялась фраза.
Автор: Соколов
