Итак, жила-была на свете некая молодая дама по имени Катя. И были у Кати муж, сынишка и любовник по имени Павел Алексеевич. История случилась, когда сынишке только что стукнуло полгода. Справедливости ради нужно заметить, что Катькин муж к своей, сильно располневшей после родов половине, изрядно охладел. Зато любовника ее формы приводили в детский восторг. Павел Алексеевич был мужичонка некрупный и по закону сохранения массы обожал пышных женщин. И все было бы хорошо, если бы не соседка. Соседку звали Зиночкой, и по ней плакали все разведки мира. Зиночка могла вести слежку одновременно за всеми соседями. Она всегда знала кто, куда, зачем и когда. Особенный интерес она проявляла к Катьке, поскольку так уж сложилось, что Павел Алексеевич, Катькин муж и Зиночкин муж работали в одной конторе. И в голове Зиночки давно уже роились вполне справедливые подозрения. В связи с этим, Катькины встречи с Павлом Алексеевичем проходили в условиях двойной конспирации. Перенести свидания в какое-нибудь тихое место не позволял сынишка, которого никак нельзя было ни оставить без присмотра, ни взять с собой. Приходилось встречаться на квартире у Катьки. Помогало любовникам то, что по понедельникам с утра Зиночка уезжала в тренажерный зал. Как только Катька видела выходящую из подъезда соседку, она тут же звонила

томящемуся поблизости любовнику и сообщала, что слежка на пару часов снята. Павел Алексеевич на всех парах мчался Катьке, и преступная парочка предавалась телесным утехам. Ребенок в это время мирно спал в коляске на балконе. Все шло гладко, но однажды…

В разгар страстей, когда вся одежда уже валялась на полу, раздался

телефонный звонок. Не предвидя никакой грозы, Катька сняла трубку. И

услышала голос Зиночки! Эта зараза сообщала, что сейчас зайдет к Катьке по делу. Запинающимся от ужаса голосом Катька спросила, почему та не в спортзале.

- Да понимаешь, - весело прощебетала Зиночка, - я на полдороге

обнаружила, что кошелек дома забыла. Пока вернулась, то се, короче

передумала ходить. Ну я к тебе сейчас спущусь?

- Давай, - согласилась побелевшая Катька. Никакой разумной причины для отказа она придумать не смогла. Из разговора Павел Алексеевич понял, что он попал в ситуацию, о которой даже в анекдотах не рассказывают. Лучше бы его застукал Катькин муж. Ну сломал бы пару ребер, подумаешь. Зиночка была в сто раз хуже. Она немедленно поставила бы в известность весь белый свет, что неминуемо повлекло бы за собой развод не только Катьки с мужем, но и Павла Алексеевича с женой. Сам по себе развод его не пугал, даже где-то радовал. Проблема была в том, что супруга Павла Алексеевича, дама более чем свирепая, наверняка бы постаралась отсудить у него половину имущества, нажитого тяжким трудом, а иногда и воровством. Это неминуемо означало крах бизнеса, который кормил не только семью Павла Алексеевича, но и семьи Катьки и Зиночки. Словом, это была катастрофа...

Катька опомнилась первая. Шмотки и любовника она выпихнула в спальню, где на балконе мирно посапывал ребенок. Сама накинула халатик и предстала перед соседкой вполне респектабельной молодой мамашей. Но Зиночка вмиг учуяла, что что-то не так.

- А дите где? - подозрительно спросила Зиночка.

- Спит на балконе, - спокойно ответила Катька.

- Ну ладно, слушай, - оживилась Зиночка, - я давно тебя хотела спросить, ты мне свой сиреневый костюмчик не продашь? Ты так поправилась, наверняка в него больше не влезешь…

- Ну что ты, - не менее оживленно ответила Катька. - Он очень

молодежного фасона, тебе не пойдет такой.

«Сука», - одновременно подумали обе женщины, ласково улыбаясь друг

другу.

Тем временем в спальне Павел Алексеевич грустно натягивал на себя

одежду. Размышлял он о том, что в его возрасте такие стрессы уже ни к

чему, что эта толстозадая Катька не стоит затраченных на нее нервов…

Впрочем мысль о Катькиной заднице несколько спутала ход его размышлений. И он обнаружил, что до сих пор держит свои трусы в руке, хотя брюки уже успел надеть. О том, чтобы вернуться домой к жене без трусов не могло быть и речи. В его памяти жив еще был скандал, который закатила жена, когда он однажды вернулся из командировки в трусах наизнанку. Чертыхаясь, Павел Алексеевич снова начал стаскивать с себя штаны. И тут… На балконе заплакал ребенок.

«БЛЯДЬ! » - молнией сверкнуло в мозгу незадачливого Дон Жуана. - Они же все сейчас сюда прибегут! И он заметался по комнате в поисках надежного убежища. Обстановка спальни состояла из кровати, трехстворчатого шкафа и пары крохотных тумбочек. Конструкция кровати никак не позволяла забраться под нее. В шкаф Павел Алексеевич лезть боялся. Он почему-то был уверен, что его там непременно найдут. Прыгать с балкона Павел Алексеевич не хотел. Жизнь ему была дороже чести. И он принял нестандартное решение…

Катька, услышав плач ребенка, сначала дернулась в спальню, но вовремя вспомнила, что там отсиживается любовник. Некоторое время она делала вид, что ничего не слышит, но тут забеспокоилась Зиночка. Пару минут Катька уверяла ее, что дите спит, но тут Зиночка решительно двинулась в спальню сама чтобы убедиться, что ей ничего не кажется. Катька поплелась следом, надеясь, что ейный любовник человек опытный и успел схорониться в шкафу. Точно, в спальне никого не было. Дите уже орало вовсю, и Катька выбежала на балкон. А Зиночка повернулась к шкафу.

- Ну-ка, где тут твой костюмчик, я его сейчас посмотрю повнимательнее.

- С этими словами Зиночка распахнула дверцы шкафа. Помертвевшая Катька, не успевшая даже дернуться, чтобы остановить нахалку, увидела, что в шкафу ничего нет, кроме висящих на вешалках шмоток.

Все когда-нибудь кончается. Ушла, наконец, назойливая Зинка, унося с

собой злополучный костюмчик. Снова уснул ребенок. Уже совсем на грани истерики Катька выглянула с балкона. С высоты 11-го этажа ничего

особенного внизу не наблюдалось. Все было спокойно. Ничего не соображающая Катька двинулась в обход квартиры. Павла Алексеевича нигде не было. Уйти он вроде бы тоже на мог. Куда ж он делся? И тут в тишине квартиры Катька услышала сдавленный хрип. Он шел из спальни. Долго Катька не могла понять, откуда именно. Наконец, она снова открыла шкаф. В отделении для верхней одежды никого не было. Не веря себе, Катька открыла третью дверцу шкафа, где на полочках лежали свитера и прочие джинсы. И остолбенела. Из шкафа на нее смотрела голая жопа. Сказался, наверное, пережитый стресс. Катька захохотала. Громко, истерически. Голая жопа издавала нечленораздельные, но явно недовольные хрипы. Отхохотавшись, Катька попробовала извлечь жопу, а также все остальные части тела своего любовника из шкафа. Оказалось, что это сделать очень трудно. Жопа была скользкая и плотно занимала собой весь просвет. Сверху и снизу жопа была зажата полками шкафа. Ухватиться можно было разве что за яйца, но Катька, повидавшая немало мужиков, понимала, что тут последствия могли быть непредсказуемыми. Пришлось ей вынимать

полку, прижимавшую жопу сверху. Для этого пришлось выкручивать довольно много шурупов. Но в конце концов полка была снята, и взору Катьки предстал ее любовник, туго скрученный в позу эмбриона, с прижатым к груди подбородком.

Тело любовника удалось раскрутить не сразу. Потом пришлось его долго массировать и оттирать жесткими полотенцами. Когда, наконец, Павел Алексеевич пришел в себя, он, поминутно поминая чью-то мать, рассказал, что он выкинул с одной из полок все шмотки, потом нырнул туда головой, лег на бок и подтянул ноги к груди, по дороге зацепив ногой дверцу шкафа, чтобы она закрылась. Когда соседка ушла, он попытался ноги вытянуть, но это почему-то никак не удавалось, а прижатый к груди подбородок не давал рта раскрыть. Так он медленно и затекал, пока его не раскрыла Катька.

Они больше не встречаются наедине. Изредка сталкиваясь в общих

компаниях, они отворачиваются друг от друга. При этом Павел Алексеевич мрачнеет, а Катька с трудом сдерживает смех…

ВСЕ!

Служба за границей всегда сложнее обычной службы хотя бы потому, что за тобой постоянно следят. Шаг вправо, шаг влево – и вот уже есть повод для международного скандала.

Несмотря на все воспитательные меры, предпринимаемые командованием, разнообразные инструкции, уставы и наставления, неожиданности все-таки иногда случаются, да еще такие, что хоть стой, хоть падай…

В последний день учений мой отец, тогда еще лейтенант, услышал жуткие крики. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять – товарищ генерал-лейтенант чем-то крайне недоволен.

Попадаться ему на глаза, когда он в таком состоянии, равносильно самоубийству – в лучшем случае такая встреча может закончиться растянутым сфинктером и звенящей пустотой в голове от ударных децибелов. Но узнать, что же именно случилось, было очень любопытно, да еще и полезно на будущее, и мой отец, умело маскируясь в складках местности, отправился на звук.

В радиусе 50-100 метров от генеральской палатки было пустынно, даже трава пригибалась к земле, что уж там говорить про разнообразную живность и прочий рядовой личный состав, которые просто пережидали грозу, забившись по норам, котельным, кухням, и прикидывались ветошью.

Рядом с палаткой стоял, понурив голову, старший лейтенант в танковом шлеме, и ковырял землю ножкой, всем своим видом говоря: - А я чо? Я же ничо!

Перед старлеем старательно сотрясал воздух генерал:

- Туда, куда Макар телят не гонял! На север! Спиной тереться о земную ось! Нет, сошлю в бункеры какие-нибудь! На подводную лодку, иллюминаторы протирать! Гальюны продувать силой легких! Танкист, мать твою!

Отец с интересом прислушивался к монологу и запоминал речевые обороты. Так… на будущее.

***

А произошло вот что:

У министра иностранных дел Чехословакии случился какой-то праздник. То ли юбилей какой, то ли знаменательный государственный день, это, по сути, не важно. Важно то, что он собрал в своей загородной резиденции глав посольств и консульств всяких разных европейских государств и устроил фуршет со всеми вытекающими последствиями.

Наверное, научившись у русских, после фуршета он организовал общий выезд на природу, чтобы не только весело, но еще и с пользой для здоровья провести день. В программу вечера входила так же и охота. Но не будут же солидные люди, обремененные возрастом, одышкой, алкоголем и пивными пузиками бегать в болотных сапогах по лесу с ружьями наперевес в поисках дичи? Разумеется, нет!

Все было продумано, включая и этот момент. При помощи чешских военных на ближайшем полигоне были установлены шатры, в шатрах носились взмыленные официанты с выпивкой и закуской, а на самом полигоне, лицом к лесу, были вырыты очень удобные такие, комфортабельные окопчики для охотников, для стрельбы из положения лежа и с колена. Там же уже были разложены хорошие охотничьи винтовки, и пока гости разогревались и набирались азарта перед охотой, егеря с собаками гнали в направлении этого полигона небольшое стадо оленей, голов этак на тридцать, сорок…

Старший лейтенант Макаренко, командир танковой роты, вместе со своей ротой возвращался со сданных на «отлично» стрельб в расположение части. Разбитая лесная дорога для танка не проблема, и Макаренко, высунувшись по пояс из люка, сам себе напоминал пирата, стоящего на мостике корабля - идущий по лесу танк плавно раскачивался, а взревывания двигателя у командира ассоциировались со штормом и рычанием соленого ветра. Иллюзия дополнялась еще и периодическими шлепками веток по морде, ну совсем как будто соленая морская вода, бросаемая ветром в лицо морскому волку!

Старший лейтенант был крайне доволен проведенным днем и своими бойцами, за отличную стрельбу ему теперь светила благодарность и может быть даже внеочередной отпуск! Самое время помечтать о поездке домой…

Но чу! Что это? Что за звуки?!

Макаренко резко вскинул руку, и каркнул в шлемофон:

- Колонна, стой!

Из леса слышался топот копыт. Макаренко повел носом. Среди деревьев мелькнула рогатая голова, потом еще одна и еще. ДИЧЬ! Старший лейтенант вдруг со всей отчетливостью и ясностью понял, чего именно не хватает ему в данный момент для счастья! И вовсе даже не отпуска, нет… Древние инстинкты проснулись у него при виде бегущей добычи. Макаренко затрепетал ноздрями, уже ощущая запахи жарящейся на вертеле оленины…

Оленье стадо, перепрыгивая через придорожные кусты, пронеслось прямо перед головным танком, аппетитно помахивая своими вырезками, шейками и филейными частями.

«Без гарнира! Как древние! На костре пожарить без соли и перца, и сожрать, отрывая куски зубами, захлебываясь слюной от жадности. Главное, глаза придерживать», подумал Макаренко, и проводил голодным взглядом последнего оленя, скрывающегося в лесу.

- Колонна! Делай как я! – алчным голосом приказал Макаренко и постучал ладонью по башке механику-водителю, - Разворачивайся налево.

Танк, качнувшись и снеся стволом орудия березку, развернулся поперек дороги, вслед оленям. Все остальные поступили так же.

- Широкой цепью, обходя стадо с флангов, вперед! – срывающимся голосом крикнул командир, одновременно сдергивая с башенного пулемета чехол…

Десять боевых машин, рыкнув двигателями, выпустили черные дизельные облака и рванули в лес. За стадом. Позади них оставались десять свеженьких просек. Лай собак и крики егерей старший лейтенант Макаренко уже не услышал, ему было не до того…

***

Посольские работники крупнейших держав Европы, таких как Германия, Франция, Италия, Испания, Великобритания, хорошо подогретые алкоголем, довольные и распаренные, устраивали свои бренные тела в окопчиках, на одеялах маскировочного зеленого цвета. Возле каждого стрелка стоял помощник, готовый подержать оружие, протереть пот на лысине, или оптику от перегара, да и просто готовый проконсультировать, в какую же сторону стрелять.

Сначала по рациям егеря передали, что стадо выйдет на поле с минуты на минуту, потом эфир заполнили какие-то непонятные крики, но было уже поздно – кусты на краю поля, в двухстах метрах от позиций, раздвинулись и перед охотниками появились олени. Началась кое-какая нетерпеливая стрельба, а потом случился кошмар, Армагеддон и тихий ужас.

Лес зарычал, заревел, затрясся и упал, обрушивая деревья, на поляну буквально вылетели десять танков, они шли полукольцом, зажимая оленей с флангов, а руководил всем этим какой-то безумный русский, с пеной у рта перекрикивающий двигатели машин – он совсем забыл про шлемофон.

- ОГОНЬ!!! – закричал Макаренко, и нажал на спусковой крючок пулемета… Само собой ни шатры ни окопы впереди он не видел. Его взор застилала ДИЧЬ!

Первыми поняли всю сложность даже не более трезвые помощники охотников, успевшие уже попрыгать в окопы к своим подопечным и закрыть головы руками, а посол ФРГ в Чехословакии… Он знал, что такое русская танковая атака. Еще с войны он очень хорошо запомнил, как это выглядит и чем может закончиться, потому, едва услышав знакомый до дрожи в коленках рев двигателей советской бронетехники, он, не смотря на приличный возраст и вес, прижимая пузо к земле, пятясь будто рак, за считанные минуты преодолел по-пластунски расстояние от окопов до леса, там спрятался в овраг и замер. Искали его потом пару часов точно, но нашли спокойным, хотя и бледным, сразу видно – воевал человек.

Министр иностранных дел просто и банально шлепнулся в обморок и закатился в какую-то канавку, потому основное веселье пропустил. Посол Великобритании, с присущим всем англичанам хладнокровием завернулся в зеленое одеяло, на котором лежал, и притворился мумией, сливаясь с ландшафтом.

Пухлый посол Италии безостановочно ругался на всех доступных ему языках не только время этого экшена но еще и пару дней после этого.

Испанец просто обнимал винтовку и молился…

А танковая рота, расстреляв всех оленей, наконец, остановилась. Из машин повылазили мусульмане водители, и принялись забрасывать туши на броню. Во время всей этой операции, робко выглядывающие из окопов охотники гадали, что же это было, но голоса не подавали. И верно, зачем палиться? Вон у них, мусульман этих еще ножи есть…

***

- КАК?! Как ты, бля, до этого додумался, охотник??! Это же международный скандал! – вопил генерал, Макаренко же благоразумно молчал, глядя себе под ноги. – Я… я даже не знаю. Ты можешь себе представить заголовки завтрашних газет? Большим, жирным шрифтом там будет написано «РУССКИЕ НАЧИНАЮТ НОВУЮ ВОЙНУ СО ВСЕЙ ЕВРОПОЙ», да? «МАССОВЫЕ РАССТРЕЛЫ ПОСОЛЬСКИХ РАБОТНИКОВ», точно? «ОТЧЕГО ЗАИКАЕТСЯ ПОСОЛ ФРГ В ЧЕХОСЛОВАКИИ»!?

- Сам тебя убью! Лично! Задушу портянками! Еще, слава богу, без жертв обошлось!! Сказочное везение!

Пока генерал разорялся, на горизонте объявился связист. У него явно было какое-то безотлагательное дело, но он боялся подойти. Даже шел на полусогнутых, чтобы в случае опасности сдрыстнуть в сторону.

- Т-т-тов… т-товарищ генерал! – пискнул, наконец, связист.

- ЧТООО! – обернулся генерал.

- В-в-вас к телефону… Это срочно…

Покачавшись с носка на пятку, генерал все-таки сдулся, изменил цвет лица с багрового на простой красный и отправился в штабную палатку. Буквально через минуту он вышел из нее, и вид имел при этом какой-то умиротворенный и крайне задумчивый.

- Слушай, Макаренко, а где дичь?

- Что?

- Дичь, спрашиваю, где?

- Так это… на кухню отнесли. Сейчас разделывают туши.

- Бери грузовик. Бери эту самую дичь, и езжай по этому вот адресу. Дичь там отдашь, и будем считать, что дело закрыто. Я тебя, конечно, накажу. Но скандала международного масштаба не будет.

Старший лейтенант, которого только что драли звуковой волной, округлил глаза:

- А почему, товарищ генерал?

- Сейчас звонили из министерства иностранных дел. Послы в том же составе, что и вчера, продолжают праздник на даче министра… Нервы успокаивают. Говорят, что хотелось бы попробовать жестоко убиенной тобой оленины. Еще говорят, что такого аттракциона нигде не видели, а так же просили молчать об инциденте… Особенно послы ФРГ и Великобритании.

***

Сдавая оленину, Макаренко каждую тушу провожал со слезами на глазах… Но ведь охота удалась? Не так ли?

На моего приятеля свалилось неожиданное счастье в виде свободной квартиры его знакомых на целый месяц их отпуска. Его радость по этому поводу не мог омрачить даже белый ангорский Кот, прилагавшийся к квартире в виде бесплатного приложения. Хотя "бесплатный" - прилагательное здесь не совсем уместное, поскольку хозяева оставили моему приятелю целых 200 долларов на корм ("обязательно самый лучший"), шампунь (шерсть породистого любимца - главное его достояние) и песочек для горшка ("он такой чистюля"). Эти 200 долларов были благополучно пропиты моим приятелем немедленно после отбытия хозяев, после чего состоялось его вселение в вышеупомянутую квартиру.

Кот просил жрать.

- Обойдешься сосиской, - заключил мой приятель.

- Вот уж дудки, - обиделся Кот, сделал попытку закопать сосиску в паркет и направился к горшку.

В этот раз все обошлось благополучно. Но при следующей попытке посетить туалет Кот заметил предыдущие следы своей жизнедеятельности и наотрез отказался пользоваться грязным горшком. Приятель постелил в горшок газету, что вызвало у Кота бурю негодования. Некоторое время он перемещался по квартире с возмущенным мяуканьем, после чего демонстративно сделал лужу у плиты.

- Ах, ты, сволочь, - провозгласил мой приятель, схватил вырывающегося Кота за шкирку и вытер им лужу. Коту это определенно не понравилось, и результатом его активных действий стала глубокая царапина на руке опекуна.

- Ну, погоди же, - заявил тот и потащил Кота в туалетную комнату. Там он бросил Кота в унитаз, захлопнул крышку, уселся сверху и спустил воду.

Специально для защитников животных сразу оговорюсь: никакого существенного вреда Коту эта баня не принесла. Но когда крышка была открыта, взору моего приятеля вместо белого ангорца предстало до ужаса мокрое, грязное и слегка вонючее существо. Рассудив, что в ближайшем времени вся эта грязь будет распределена по квартире, приятель подхватил Кота и направился в ванную, где набрав в таз воды, ввиду отсутствия

шампуня, высыпал туда полпачки стирального порошка. В этом тазу и был прополоскан Кот, после чего ему была предоставлена возможность языком привести себя в порядок.

После водных процедур просыпается зверский аппетит. Кот не был исключением. После удаления с себя последствий купания, его единственным желанием было пожрать. В миске Кота ждала заветренная сосиска.

- Голод - не тетка, - решил Кот и принялся давиться сосиской. Но, как ни странно, распробовав сосиску, Кот с каждой минутой находил ее все более и более вкусной. Сосиска была съедена полностью.

- Вот и ладушки, - порадовался приятель, направляясь в койку. Кот последовал за ним. Вечер закончился мирно.

В дальнейшем подобные сцены повторялись несколько раз. Приятель ни под каким видом не давал Коту своевольничать. Любые попытки Кота проигнорировать горшок с газетой заканчивались купанием в унитазе, а затем в стиральном порошке. Также Кот раз и навсегда усвоил золотое правило: "Ешь, что дают, а то не дадут ничего". К моменту возвращения хозяев Кот безропотно писал на газету и ел все, что Бог пошлет (в лице

моего приятеля), вплоть до огурцов, грибов и вареной картошки. Здоровое питание и регулярные водные процедуры сделали свое дело. Когда хозяева переступили порог своей квартиры их взору предстал существенно потолстевший Кот.

- Ой, как мы поправились, - умилялись хозяева. - А какая шерсть стала красивая, пышная! Ой, да наверное, наш друг свои деньги докладывал. Мы Вам ничего не должны? - спрашивали они моего приятеля.

От предложенных денег приятель гордо отказался.

Основного секрета ("унитазного" воспитания) приятель им, разумеется, не раскрыл. Но все же посоветовал почаще разнообразить рацион Кота. Этот совет был принят с благодарностью. Приятель и Кот до сих пор остаются лучшими друзьями. Но когда приятель приходит в гости к хозяевам, Кот прямиком направляется к горшку и орет оттуда, пока приятель его не похвалит. Это служит Коту гарантией, что на сегодняшний день купание в унитазе отменяется.

По моим наблюдениям, домашнее зверье обычно напоминает своих хозяев. В чем причина этого феномена – сказать с уверенностью не могу – то ли домашние любимцы мутируют под влиянием биополя и интеллекта хозяина, то ли хозяева изначально выбирают питомцев, максимально соответствующих их внешности и внутреннему содержанию, то ли работают оба этих фактора.Науке сие неизвестно. Кроме того, Миша Кососрак науку презирал и высокими материями не заморачивался, поэтому когда в его жизни настал период покоя и относительного благополучия, а жена заявила, что для

полноты гармонии, царившей в семейном очаге необходимо завести "котика или еще какую-нибудь зверушку", Кососрак спорить не стал, а втихаря поехал на Птичий рынок. Спорить не стал потому, что его первая жена (а именно о ней идет речь в данном произведении) была стервой редкостной, и спорить с ней было накладно для нервной системы. Втихаря – потому, что решил приобрести что-нибудь малогабаритное и не требующее больших затрат, типа беспородного хомячка, в то время, как жена почти наверняка потребовала бы какого-нибудь гламурного пуделя, и тогда плакали зимняя

резина и новый бампер.

На Птичьем рынке, как известно, от изобилия всяческой живности глаза разбегаются не только у детей, но и у мытых во всех щелоках, зачерствевших сердцем подонков. Миша таковым не был, поэтому первая же бабушка умело втерла ему двух рыжих хомяков.

- Самочки, чистенькие, породистые, аккуратные. Берите молодой человек,

не пожалеете.

- Жрут много? – спрашивал Кососрак, уже прикипевший к хомячихам всем

сердцем.

- Ни-ни! Крохи смахнуть им со стола – весь день сытыми будут!

Домой Кососрак явился, торжественно неся перед собой трехлитровую банку. Хотелось сделать жене приятный сюрприз, однако Мишин прекрасный порыв не нашел отклика в женском сердце.

- Никакого уюта от них. Только жрать, срать и блох плодить, – кратко резюмировала свое отношение к хомячкам Мишина супруга,- У нормальных людей звери как звери – у Машки вон котик ангорский, у Ксюхи – пуделек персиковый. А у нас – два плешивых мыша. Ни погулять с ними, ни людям показать.

Кососрак обиделся, но вида не подал. Любовно настругал хомячихам опилок, накидал крошек и... остыл к ним навсегда. Ибо не было у Миши с хомячихами ничего общего – у них не было ни единого шанса уподобиться Кососраку, а у него – стать похожим на хомячка. А домашний питомец, как было сказано в начале опуса, должен быть похож на хозяина, иначе это не питомец, а какая-то скотина, противоречащая основным постулатам естествознания.

Поэтому хомячихи неделю тоскливо пялились на Кососрака бусинками глаз из-под мутного стекла своего трехлитрового обиталища, надеясь вызвать в хозяине нежные чувства, а потом, поняв, что ничего им не светит, таинственным образом из банки слиняли. Некоторое время соседи видели их тусующимися в подъезде возле мусоропроводов, где изнеженные грызуны обучались суровой правде жизни, а потом исчезли – нашли, видимо любовь и понимание, в результате чего в подвале Кососраковского дома через год завелись рыжие, чрезвычайно пушистые и на редкость наглые крысы.

Разочаровавшись в грызунах, Мишаня решил завести рыбок, ибо отношения со стервой-женой становились все напряженнее, а широкая Кососрачья натура, вступив в период отцовства, просила кого-то, о ком надо было заботиться и на кого можно было излить нерастраченную любовь. Покупая рыбок, Миша опять проигнорировал научный подход, поэтому (хотя, может, причиной явилась нездоровая и склочная обстановка в доме) рыбки дохли одна за другой, упорно игнорируя то, что Кососрак регулярно менял воду в

аквариуме, купил сложное устройство в виде водолаза, который пускал рыбкам в аквариум пузыри, трижды в день кормил своих питомцев свежим мотылем и регулярно ссорился с женой, требующей "спустить этих головастиков в сортир". Видимо, у рыбок с Кососраком тоже не нашлось точек соприкосновения. Тем временем из всей ихтиофауны в живых остался только пучеглазый сомик, который грустно таращился на окружающий мир из-под пластмассовой раковины и, видя, что хозяин разочаровался в рыбках, а стенки аквариума постепенно зарастают вонючим зеленым налетом, размышлял о бренности всего земного. Аквариум начал неприятно пахнуть, а через некоторое время – паскудно смердеть.

В один прекрасный день, вернувшись из командировки, Кососрак обнаружил вместо аквариума элегантную клетку, в которой с наглым и независимым видом тусовался попугай яркой тропической расцветки размером со среднего голубя, с роскошным хвостом и дерзким хохолком на голове.

- Мррррааазь!!! – заорала экзотическая птица, едва завидев Мишу, - Какккая мррраззь!!!

- Слыш, петух, ты это, базар фильтруй, - растерялся Кососрак от столь неожиданного и, главное, необоснованного наезда.

- Это мне Леночка Дрочук подарила, - поглощенный разборками с попугаем, Миша не услышал, как в комнату вошла жена, - ну разве не прелесть!?

- По-моему хуйня какая-то, - наглое пернатое абсолютно не соответствовало Мишиным представлениям о домашнем любимце.

- Соссаать!!! – вновь раздалось из клетки.

- Сам соси, павлин плюшевый!! Ален, я ему клюв обломаю, если наезжать будет!!

- Подрррочи, мррразь!! – вновь вмешался в разговор хамоватый обитатель клетки.

- Щас ты у сам у меня подрочишь, мудило пернатое!! - Кососрак не на шутку рассвирепел и, схватив клетку, потащил ее к балкону с явным намерением отправить ее вместе с обитателем в свободный полет с пятнадцатого на первый этаж.

- Если ты его хоть пальцем тронешь – мы разводимся!! – бросилась на защиту попугая жена.

- Прррелесть!! – поддержали ее из клетки. И Миша понял, что проиграл. К такому резкому разрыву семейных отношений он был еще не готов.

После этого попугай, носивший идиотское имя Сильвестр, перестал считать Кососрака царем природы и с каждым днем наглел все больше. Будучи любимцем Алены, жены Мишани, попугай пользовался практически неограниченной свободой передвижения по квартире – в клетке он только ночевал. Излюбленной его тактикой было, затаившись где-нибудь на шкафу, неожиданно спикировать на Мишу и клюнуть его в плечо или в затылок,

после чего также резко ретироваться куда-нибудь на верхотуру. Со временем пакости стали изощреннее – Сильвестр понял, что если незаметно нагадить Кососраку в кофе, или заорать у него над ухом "Подддрочиии!!! " в четыре часа утра, Миша бесится гораздо больше, к тому же остается больше времени для маневра и ухода от последствий – заслышав шум, на помощь спешила жена, грудью встававшая на защиту своего любимца.

Между тем отношения с супругой у Миши становились все хуже, во многом, несомненно, благодаря Сильвестру. В конце концов ячейка общества превратилась в два враждующих лагеря – с одной стороны Кососрак, с другой –жена со своим паскудным попугаем. Миша, человек доброй души, как было сказано выше, отчаянно нуждался в домашнем уюте и существе, о котором можно было бы заботиться, поэтому, когда у одного из его друзей

ощенилась бультерьерша, Миша решил, что для того, чтобы уравновесить численность войск во враждующих лагерях, а также для душевного равновесия необходимо взять щенка. Когда он пришел, чтобы выбрать себе псину посимпатичнее, его друг как раз выходил из подъезда с мешком в руках:

- Прикинь, один полузадушенным родился. Это, бля, уже не собака. Пойду утоплю, пока сам не подох, - из мешка донеслось слабое попискивание.

- Покажи, а? – заинтересовался Кососрак.

Из глубины полиэтиленового пакета на Мишу глянули красноватые глазенки. "Себе возьму! " - неожиданно подумал Кососрак, - "Воспитаю! Бойца из него сделаю... А назову я его... А назову... Назову..." - на этом мозговые ресурсы Кососрака дали сбой "Х@й с ним, потом как-нибудь назову" – решил Кососрак.

Так появился Бздех. Собакой это можно было назвать только при наличии очень богатого воображения – родовая травма Бздеха действительно оказала значительное влияние на его дальнейшее развитие. Огромная башка присоединялась к тонкой шее, которая, в свою очередь, присоединялась к хиленькому тельцу на кривых лапках. Причем, такое впечатление, что все вышеозначенные части тела двигались у Бздеха независимо друг от друга. Если в обычной жизни этот головастик, напоминающий гибрид морской свинки

и рахитичной крысы, еще кое-как справлялся со своеволием своих конечностей, то в мало-мальски критической ситуации все части его тела начинали проявлять независимость, что порой приводило к трагическим последствиям.

Так, при сколь-нибудь громком и мало-мальски неожиданном шуме можно было наблюдать примерно следующую картину: огромная башка непроизвольно поворачивалась в сторону кратчайшей дороги на предмет съ@баццо подальше от возможной опасности, при этом один глаз, повинуясь бультерьерским инстинктам, косил в сторону врага, второй – в сторону хозяина. На этом этапе псина обычно громко пердела, то ли от переизбытка чувств, то ли пытаясь придать себе максимальное ускорение, конечности вступали в конфликт, в результате чего Бздех, разогнавшись по сложной траектории, въ@бывался в стенку или какой-нибудь предмет интерьера. На этом этапе,

осознав никчемность своих предыдущих телодвижений и собственную нелепость, Бздех виновато глядел на хозяина с навеки застывшим на морде выражением умудренной суровым жизненным опытом морской свинки, после чего говорил "Кря!! ", что заменяло у него лай, вой, скулеж и прочий язык нормальных собак.

Имя свое Бздех получил от Мишиной жены – когда довольный Кососрак притащил псину домой и заявил, что это, мол, бультерьер и он будет здесь жить, жена, за несколько лет совместной жизни научившаяся понимать тончайшие оттенки Мишиного голоса поняла, что спорить на этот раз без мазы. И только поэтому нового питомца возненавидела с первого же дня. В то время Кососрак постоянно мотался по командировкам, поэтому вся

тяжесть воспитания щенка легла на хрупкие женские плечи. Гулять с псиной тоже приходилось. Во время одной из первых прогулок подруга Мишиной жены, счастливая обладательница персикового пуделя, увидела белое чудо на поводке и, брезгливо наморщив гламурный носик, спросила:

- Ален, а че это за кабыздох у тебя?

Пса надо как-то называть, а "Кабыздох" удивительно подходило жертве тяжелых родов. Кроме того, у щенка были проблемы с кишечными газами, которые он пускал постоянно, громко и в больших количествах. Проще говоря – бздел везде и всегда. Таким образом, "Кабыздох" само собой преобразовалось в "Бздех". К тому времени, когда Кососрак вернулся из командировки, за щенком прочно закрепилась кличка "Бздех", на которую он

радостно откликался.

Попугай Сильвестр считал Бздеха своим личным врагом, тем более, что Миши он последнее время опасался – как-то после удачной воздушной атаки Кососрак умудрился схватить Сильвестра за роскошный хвост на выходе из фигуры высшего пилотажа и шваркнуть об стену. Попугай лишился половины хвостового оперения и с тех пор предпочитал пакостить Кососраку больше по мелочи и издалека, не решаясь на наглые прямые наезды. В этой ситуации беззащитный Бздех был для Сильвестра подарком небес – можно было, например, нагадить ему в миску со жратвой или на подстилку, а

можно было спикировать на него со шкафа и пару раз долбануть клювом – от неожиданности Бздех обычно обсирался, после чего получал вторую порцию пизд@лей от хозяйки.

Одного не учло паскудное пернатое – Кососрак искренне любил Бздеха и мог простить все, что угодно, но только не обиду, нанесенную любимцу. Увидев однажды, как Сильвестр, устроившись на торшере, прицельно гадит на безмятежно спящего Бздеха, Кососрак не выдержал....

К тому времени рыжие и наглые потомки кососраковских хомячих, видимо унаследовав от прародительниц мощный интеллект и знание человеческой психологии, расплодились в неимоверном количестве и вконец обнаглели. Последней каплей стал момент, когда председатель домкома утром надел пальто, а из кармана выпрыгнул здоровенный рыжий крысюк, по всей видимости отсыпавшийся там после ночных подвигов. С крысами было решено бороться беспощадно. К борьбе приступили немедленно, однако хомячьи гены, скрестившись с крысиными, дали на редкость живучее потомство – проверенные методы не помогали, а крысы обнаглели до того, что стали шнырять по подъездам среди бела дня. Тогда председатель домкома собрал с жильцов по 150 рублей на приобретение какого-то патентованного осободейственного буржуйского средства для борьбы с крысиной напастью. Вот за этим-то средством и отправился Кососрак к председателю домкома...

...План был прост: ну, сдох попугай, но Кососрак-то тут при чем? Самое главное, чтобы пернатое заглотило крысиную отраву. С этим проблем не возникло – жадный Сильвестр, не разбирая, сожрал гранулы вместе с кормом, в который они были подмешаны. Кососрак уже праздновал победу и репетировал перед зеркалом приличествующее случаю скорбное выражение лица на еб@льнике, однако попугай, хоть и испытывал явное недомогание и обдристал пол-квартиры, никак, сцуко, не дох. Жена вызывала ветеринарку, однако врач только развел руками и дал какие-то капли, явно не особо

веря в их целебное действие...

Болел Сильвестр неделю. Сдохнуть он не сдох, однако дегустация патентованной крысиной отравы не прошла для него бесследно: отныне к семейству пернатых он относился только номинально – перья у него повылазили все до единого, в результате чего стал он похож на какой-то оживший окорочок с непропорционально большим клювом. Способность летать он, понятное дело, тоже утратил, однако оперативно научился быстро семенить и ныкаться под шкафами, ибо Бздех, несмотря на свою нелепость, оказался все же в выигрышном положении и не простил своему мучителю ни

одной пакости. Избавление от мучителя заставило Бздеха поверить в высшую справедливость, и он, наконец, начал ощущать себя собакой и защитником дома.

Помниццо, однажды я зашел представить чете Кососраков свою будущую супругу. Миша открыл дверь, мы вошли. Из кухни вышел Бздех, критически оглядел нас и сказал "Кря! ", давая понять, что у этого дома есть защитник, и нех@й тут...

- А это, кто, морская свинка? - поинтересовалась моя будущая жена, памятуя о том, что лучший способ найти общий язык с людьми – это начать разговор об их домашних животных.

В этот момент у меня в сумке неожиданно звякнули принесенные бутылки и Бздех от неожиданности обгадился.

- Это собака такая, просто он болел и у него сфинктер слабый, - начал оправдываться Кососрак.

- Поддрочи, мрраазь!! – раздалось из-под вешалки. От неожиданности у моей будущей супруги, которая как раз собиралась поставить туда туфли, глаза сделались примерно как у Бздеха при звоне бутылок.

- Соссааать!!! – вновь раздалось из-под вешалки, после чего оттуда выбежало нечто розовое с синеватым отливом и быстро просеменило на кухню. Бздех щелкнул челюстями, но оживший окорочок ловко увернулся.

- Соосааать, мрразь!!! – победно донеслось с кухни.

- Это Сильвестр, - пояснила Мишина супруга. Он болеет...

- И у него сфинктер слабый? – поинтересовалась моя будущая жена, отходя от шока.

- Прреелесть!!! –проорал с кухни владелец обсуждаемого сфинктера.

- Понятно. Ребят, а может, все-таки в кафе сходим? –жена явно боялась обитателей этого дома.

Выходя из подъезда мы спугнули двух здоровых рыжих крыс.

- Мои! – с гордостью сказал Кососрак, - от хомячков произошли. Третий год их травят, а им – хоть бы хны!!!

- Я никогда не потерплю дома никакого зверья! – твердо сказала моябудущая жена.

З. Ы. На птичий рынок за хомячками мы с ней поехали ровно через три

месяца...

Чем отличается психически больной человек от здорового? У каждого из нас,есть какие-то черты, которые в гипертрофированном виде свойственны сумасшедшим. Очевидно, по этому у нас иногда здоровые сидят в психушке, а больные бродят по улицам. И где та планка за которой начинается безумие, вам не сможет ответить даже врач-психиатр. Особенно, если пациент человек не буйный.

Корабельный доктор, был толстеньким невысоким человеком лет 40, с круглым веселым лицом. Венчик седых волос обрамлял колоритную загоревшую лысину. Крепенькое брюшко упруго нависало над короткими ножками. Доктор улыбался. Он улыбался постоянно. И это ужасно раздражало замполита. Потому что на политзанятиях доктор улыбался тоже, придавая оттенок комичности пламенным речам комиссара. Может быть поэтому, а может просто не любил замполит хороших людей, но при каждом удобном случае он старался сделать доктору гадость. И должность ему это позволяла. Но доктор был очень добрым человеком, он любил людей, животных и даже замполита, что приводило последнего в бешенство.

К сожалению, с некоторых пор, доброта доктора стала переходить рамки разумного. Похоже, что многолетняя служба и несочетаемость внутреннего мира с окружающей действительностью все-таки внесли разлад в его психику.

К странностям на флоте привыкли - у каждого свои тараканы в голове, но некоторая неадекватность действий доктора могла боком выйти в море. Это становилось очевидным даже тем, кто к доктору благоволил. Первым нашумевшим «звоночком» была акция по прикормке крыс. Доктор получал на базе отраву, которую должен был замешивать с пшенной кашей и разбрасывать по углам отсеков и возле норок. А крысы должны были ее есть и подыхать стаями. Однако. крысы ели, но не подыхали, а становились толще. Шерстка их лоснилась, а в бусинках глаз прибавлялось наглости. Вредительскую деятельность доктора пресек бдительный замполит. Оказалось, что доктор кормил крыс вареной кашей, а отраву потихоньку выносил с корабля. Вторым «звоночком» была вакцинация матросов - мотористов «прививкой от крыс». После нее, по мысли доктора, матросы и крысы должны были полюбить друг друга. История получила огласку и командир решил не испытывать судьбу перед выходом на боевое дежурство. Он отправил доктора на обследование в госпиталь, выделив сопровождающим самого бесполезного человека на корабле - замполита.

Когда они прибыли в госпиталь, там творился обычный флотский бардак. Никого из нужных врачей на месте не было. Поскольку доктор здесь был своим человеком, то предложил замполиту отдохнуть на скамеечке, а сам обязался быстро найти начальника отделения. Разумеется, доктор знал, где и кого надо искать. Разговор врачей под медицинский спирт, изобиловал специальными терминами и предварительными диагнозами. Когда наш доктор отправился за замполитом, то в двери обернулся и еще раз напомнил коллеге:

- Имей ввиду, замполит уверен, что не я его, а он меня привел на госпитализацию.

Замполит уже начал волноваться, когда объявился благоухающий свежим спиртовым душком подопечный. Возле кабинета начальника психиатрического отделения, замполит приказал остаться доктору в коридоре, а сам, испросив разрешения, вошел.

- Товарищ, капитан третьего ранга, - доложил от двери замполит, - привел на обследование нашего доктора. Похоже, с ума сошел, бедняга. Потом дверь закрылась. Некоторое время за дверью тихо бубнили, потом раздался возмущенный голос замполита и успокаивающий голос начальника. Затем к кабинете раздался грохот и над дверью загорелась красная лампочка, где-то протрещал звонок. По коридору протопали два дюжих матроса- санитара.

А еще через минуту из кабинета мимо доброго доктора, прошли те же санитары, крепко держа завернутого в смирительную рубашку замполита. Он извивался как куколка бабочки-капустницы в клюве воробья и орал на весь коридор. Речь его была нечленораздельна и многословна. Отдельные осмысленные фразы, обладай они силой материализации, должны были повергнуть в геенну огненную не только начальника отделения, но весь госпиталь должен был незамедлительно провалиться в преисподнюю.

После, коллеги выпили еще немного спирта и посокрушались на тему «до чего доводит служба». Затем подписали необходимые бумаги и доктор убыл на корабль.

А утром, он свежевыбритый, по доброму улыбаясь, докладывал обалдевшему командиру: «Замполита в госпиталь сдал, предварительный диагноз - шизофрения».

В доме №3 по Голещихинскому переулку пропала вода. Приехал экскаватор, выкопал во дворе яму двухметрового роста, искал трубы, но не нашел. Рабочие посмотрели в яму, огорчились, плюнули и решили завязать с археологией до утра.

Поздно вечером дядя Митя шел домой и упал в яму. Он не знал, что она есть во дворе, просто шел наугад и нашел ее. Правда, рабочие оставили ограждение в двух местах — с передней стороны ямы, и с задней, никто ведь не предполагал, что дядя Митя зайдет с флангов.

Оказавшись внизу, дядя Митя захотел выбраться на волю, в пампасы, но потерпел неудачу. Дядя Митя начал громко кричать то, что полагается кричать при падении в яму. Вы знаете все эти слова, я не буду их перечислять.

От звуков родной речи проснулись соседи, вышли на балконы, всем хотелось знать источник трансляции. Живое существо, попавшее в яму, всегда вызывает живейший интерес у своих собратьев. Всем любопытно, как оно будет оттуда выкарабкиваться. Если существо умеет еще и материться, от этого шоу только выигрывает.

Потом из дома вышел дядя Боря, протянул страдальцу руку помощи. Дядя Митя потянул его за эту руку и уронил вниз на себя. Оба стали кричать дуэтом, хотя и немного невпопад. Дядя Митя винил дядю Борю в неустойчивости. Дядя Боря тоже нашел какие-то аргументы, очень убедительные, в основном относившиеся к генетической ущербности дяди Мити. Потом они как-то нашли общий язык, один подсадил другого, и мало-помалу оба выбрались на поверхность планеты. Зрители на балконах, ожидавшие большего накала драмы, разошлись разочарованные.

На следующий день, ближе к вечеру, рабочие с экскаватором вернулись обратно. Оказалось, что вчера копали не в том месте, стало ясно, почему ничего не нашли. Яму во дворе закопали, и выкопали новую, на этот раз со стороны улицы. Уже на глубине полутора метров стали встречаться признаки погребенной цивилизации, в частности телефонный кабель. Кабель пал жертвой раскопок прежде, чем его успели заметить.

После краткого обсуждения было принято решение остановиться на достигнутом и уйти. Был вечер, а сложные решения лучше принимать на свежую голову.

Вы уже догадались, да? Поздно вечером дядя Митя шел домой.

Он помнил, что во дворе дома в земной коре зияет двухметровое отверстие, и решил обойти дом с другой стороны. Утром, когда он выходил из дому, яма во дворе еще была, а на улице ямы не было. Дядя Митя не знал, что в его отсутствие приходили рабочие и поменяли ямы местами.

Он упал вниз в яму и нашел там порванный телефонный кабель. Если кто не знает, в момент вызова напряжение в телефонной линии достигает 110 вольт, в этом кроется разгадка тайны, почему связисты не любят зачищать провода зубами. Дядя Митя в падении нащупал кабель руками. Так совпало, что как раз в этот момент кто-то пытался дозвониться до дома № 3 по Голещихинскому переулку. Кабель был поврежден, до телефонного аппарата вызов не дошел. Вызов принял дядя Митя.

Когда-то очень давно дядя Митя получил образование электрика в ПТУ, там ему рассказали, что делать, если произошло короткое замыкание человека с электричеством. Теперь полученное образование ему пригодилось. Дядя Митя издал звуки слияния человека с возбужденной телефонной линией. На этот раз ему не потребовалась помощь дяди Бори, чтобы выбраться из ямы. Получив заряд бодрости, дядя Митя одним прыжком одержал убедительную победу над гравитацией. В предыдущей яме ему было намного комфортнее.

Оказавшись снаружи ямы, дядя Митя наложил на археологов такое витиеватое проклятие, что Тутанхамон умер бы от зависти еще раз. Весь дальнейший путь до квартиры дядя Митя проделал, держась одной рукой за стену, а ногами прощупывая почву перед собой. Даже в подъезде он на всякий случай проверял на ощупь каждую ступеньку. Он уже ни в чем не был уверен.

На следующее утро, сразу после обеда, к дому № 3 по Голещихинскому переулку вернулись рабочие. Хотели засыпать вчерашнюю яму, но в ней сидели обозленные связисты с местной телефонной станции. Очень сердитые. Произошел конфликт, связисты предложили рабочим искать свои трубы в другом месте, неподалеку от фаллопиевых.

Рабочие так далеко уходить не стали, просто выкопали еще один шурф, пятью метрами левее предыдущего. На этот раз трубы нашлись. Рабочие обрадовались, очень увлеклись и прорыли траншею, длинную, как добротный удав. Траншея пересекла тротуар и захватила даже немного проезжей части. Для удобства пешеходов через нее был переброшен мостик из трех досок. Внизу, под досками, плескался беломорканал.

Как обычно, поздно вечером дядя Митя шел домой.

Вообще-то будни электрика заканчиваются в шесть-ноль-ноль, после шести дядя Митя свободен, как Анджела Дэвис. Но так сложилось, что в понедельник дяде Мите выдали зарплату. Электрик тоже человек, он слаб. Он не может противиться искушению купить поллитру и употребить ее внутриутробно. Поэтому дядя Митя возвращался домой поздно.

Был ведьмин час, на небе светила луна, и в лунном свете прямо перед дядей Митей внезапно появилась траншея.

Случись это днем раньше, он не колеблясь упал бы в нее. Но сегодня все чувства дяди Мити были обострены, он знал о коварстве трубокопателей и был морально готов к траншеям. Дядя Митя прошел по мосткам грациозно, как мисс Вселенная по подиуму, только небритая и с перегаром. Оказавшись на другой стороне подиума, дядя Митя воскликнул:

— Ха! Съели, землеройки?

Когда мудрый царь Соломон говорил: «Гордость предшествует падению», он имел в виду конкретно дядю Митю. Ослепленный гордыней, дядя Митя сделал несколько шагов, и упал в яму с телефонным кабелем.

Буквально через несколько секунд об этом его приключении узнал весь дом. Падая, дядя Митя сломался в хрупком месте, и в свой крик вложил всю экспрессию, на какую способен сорокалетний электрик.

На балконы вышли заинтригованные соседи. По отдельным звукам и словосочетаниям им удалось установить суть происходящего, кто-то вызвал скорую помощь. Пока она ехала к Голещихинскому переулку, дядя Митя успел обогатить русский язык шестью новыми отглагольными прилагательными и просклонять слово «яма» одиннадцатью разными способами.

Приехал врач, посветил в яму фарами, поразился, как низко может пасть человек. Дядю Митю извлекли из ямы и красиво оформили в гипс.

Следующие два месяца дядя Митя своими белыми округлыми формами напоминал фарфоровую кису. Первую неделю ему мучительно хотелось выпить, остальное время он провел, мечтая почесаться. Под гипсом дядя Митя сросся на славу, когда его вынули наружу, он сразу пошел и купил поллитру. Накопилось много дел, он стремился наверстать.

А через неделю в доме № 7 по Голещихинскому переулку тоже пропала вода.

Приезжал экскаватор, искал трубы.

Не нашел.

1) Если к вам пришел енот, НЕ КОРМИТЕ ЕГО! Не ведитесь на трогательно сложенные лодочкой трясущиеся, сморщенные, как у старушки, лапы, на проникновенно заглядывающие в душу печальные глаза, на весь его вид, как бы говорящий что ему голодно, холодно и вообще он сирота. Он сожрет все, что ему предложено... и не предложено тоже. Первые десять минут, он пуглив и скромен, норовит от каждого шороха свалить в кусты, хватая лапами предложенные ему ништяки, дрожа от счастья, блаженно закатывая глаза и радостно урча. Спустя еще десять минут он будет робко есть с ваших рук. Еще через пять минут нагло норовит спереть что-нибудь со стола, либо перехватить кусок пищи на полпути ко рту. Енота НЕВОЗМОЖНО накормить досыта (никогда не видела наевшегося от пуза енота), даже если он и уйдет, в скором времени обязательно вернется, прихватив по дороге друзей, родню, табор цыган. Все вместе они будут устраивать веселые свары и драки полночи, что прямым образом скажется на вашем сне. Отчалить в царство Морфея вряд ли получится.

2) На ночь еда красиво развешивается по веревкам, натянутым между деревьев. Расстояние между деревьев должно быть не менее трех метров, лично видела, как енот, держась на стволе на честном слове задней ногой, растягивается на метр, пытаясь загребущими ручонками притянуть к себе пакет с едой. Если ему это удастся – попрощайтесь с содержимым пакета. Если нет – план переходит в следующую стадию, енот заползает повыше и начинает прыгать, широко раскинув все четыре лапы в полете, пытаясь заключить желаемый объект в свои страстные объятия. Как правило, в большинстве своем эти полеты заканчиваются фиаско и туша с грохотом падает на землю, но енот, сцуко, упорный, из двадцати раз один да долетит. Для пакета этого достаточно, для рюкзака – нет, повисит, погрызет да свалится и… продолжит полеты снова, к утру есть риск получить разгрызенный рюкзак без еды.

3) Не развешивайте провиант рядом с палаткой. Есть риск получить экстремальный подъем с мокрыми штанами от рухнувшего сверху енота.

4) Консервы достаточно просто сложить в пакет и подвесить на прочный сучок, то что не пахнет им не интересно.

5) Сильно пахнущие продукты в палатку не берите, бессонная ночь – обеспечена. Сначала они будут рыть подкопы, невзирая на тычки в морду из палатки, потом начнут ее грызть, вероятность испорченной палатки – высока. Потому см. пункт 2.

6) Если накипятили воду – не ленитесь подождать пока она хоть немного остынет и перелить ее в бутылки. В противном случае, на утро вода будет изгажена, енот помоет в ней все, руки – жопу - найденный кусок селедки.

7) Пластиковые бутылки с ценной жидкостью (спирт) лучше спрятать или привязать. Иначе утром можно их не обнаружить. Зачем они им - непонятно. Привлекают закрученные бутылки стоящие на столе. Мирно лежащие на земле им не интересны. Стол ( если есть ) желательно не сооружать из легко разрушаемых или не скрепленных собой материалов. Разнесут на хрен.

8) Бездумно повторяют некоторые действия за человеком или друг другом. Могут запросто пытаться "кочегарить" костер ворочая горящие ветки. Вероятно, связывают это действие с появляющимися вслед за ним ништяками. Так что дождитесь пока кострище прогорит, во избежании пожара.

9) Посуду на ночь нужно мыть, даже если лень, даже через не хочу. В противном случае утром придется искать ее по всему лесу. То, что хоть немного пахнет пищей уносится, как правило, безвозвратно.

10) Обувь тоже лучше куда-нибудь убрать, можно просто в пакет и подвесить на сучок (собирали как то в реке шлепки поутру, бегая по камням босиком, благо река была мелкая и каменистая).

11) Не стойте на пути енотячьих (или енотовых) разборок, они, блин, кидаются! Кидаются стаканами, кидаются камнями, кидаются всем что под руку под лапу попадется. В общем, есть риск получить железной кружкой в висок, прилетевшей из темноты. Так же вещь, которую енотик только что умильно вертел в руках, может стать ему внезапно ненужной и полететь по совершенно непредсказуемой траектории.

12) В толпе енотов – будь начеку! Расслабленно валяясь на пеньке, с чистой совестью, любуясь звездами, надежно спрятав провиант и тапки, есть риск лишиться какой - нибудь ценной вещи, будь то сумка с документами и деньгами, брелок с ключами от машины, небрежно свисающий из кармана. В пылу азарта, еноту может понадобиться совершенно не нужная ему вещь. Бегает енот быстро, лес - большой, спертое найти практически невозможно, и тогда судьба тебе жить в лесу, или бомжевать по лесным тропам, добираясь пешком до дома.

13) Если не хотите спать под оркестр из консервных банок – обожгите их в костре (что, собственно, необходимо и при отсутствии енотов), потом заройте. Можно просто расплющить камнем, расплющенные банки им неинтересны. Иначе енот будет задумчиво бродить, держа банку как нищенка, ждущая подачки, и постукивать ею по камням / по другим банкам / по голове сородичей.

Балет Минкуса "Дон Кихот" уже бог знает сколько времени благополучно идет на сцене питерского Мариинского театра. И вся история данного балета на данной сцене распадается на два периода: период "до" и период "после".

Период "до" характеризовался тем, что Дон Кихот и Санчо Панса разъезжали по сцене соответственно на коне и на осле. И конь и осел были живыми, настоящими, теплыми. Период "после" характеризуется тем, что Дон Кихот и Санчо Панса шляются по сцене пешком. Не славные идальго, а пилигримы какие-то. Куда подевались конь и осел? Сдохли? Сожраны хищниками? Версии таинственного исчезновения со сцены коня и осла плодились, как грибы после дождя. Я же получил сведения о происшедшем от своего родственника, который работал осветителем в Мариинском театре. Он утверждает, что все было именно так. Не знаю. За что купил, как

говорится, за то и продаю.

Итак, душераздирающий случай, поделивший историю спектакля на "до" и "после", произошел, кажется, в 1980 олимпийском году. До того дня на каждое представление "Дон Кихота" из цирка выписывались хорошо выдресированные, привыкшие к публике конь и осел. Но в тот злосчастный день конь заболел. И администрация театра, совершенно не подумав о последствиях, арендовала коня из какой-то конно-спортивной секции. Тоже хорошо вышколенное животное. Мда. Если бы только не одно но. Зверюга оказалась кобылой. Это обнаружилось только тогда, когда уже звучала увертюра. Что-либо менять было поздно. Вы когда-нибудь пробовали в чем-либо убедить возжелавшего женской ласки осла? Легче научить таракана танцевать еврейские танцы. В первом же совместном появлении на сцене Дон Кихота и Санчо Пансы осел, почуяв свеженькую кобылку, безумно возбудился. Издав истошный рев, он встал на дыбы, сбросив с себя Санчо. После этого из его подбрюшья начало вылезать нечто неимоверное по своим размерам и очень непристойное по своему внешнему виду. Осел начал забираться сзади на кобылу, которая явно не возражала против того, чтобы произвести на свет мула. Дон Кихот, почуяв атаку с тыла, проявил чудеса джигитовки и каким-то диким прыжком слетел с седла. Санчо, спинным мозгом почувствовав, что сейчас произойдет, начал тянуть осла за хвост. Но проклятый ишак не сдавался. К этому моменту он уже находился в нужном отверстии на теле кобылы и работал с интенсивностью отбойного молотка. Откуда-то из зала раздался истошный женский визг. Кто-то проорал "Закройте занавес!" Дирижер механически продолжал размахивать руками, не отрывая глаз от творящегося на сцене безумия. Оркестранты развернули головы на 180 градусов и беззастенчиво пялились на сцену. Музыка издала пару предсмертных тактов и тихо сдохла, сменившись полоумным гоготом, доносившимся из оркестровой ямы. Пожарные начали раскатывать по сцене рукава с целью образумить распоясавшегося осла с помощью воды.

В общем, занавес закрыли только минуты через две. В течение этих двух минут на сцене прославленного Академического Театра имени Кирова наблюдалось следующее:

Ишак с победным ревом дотрахивает томно прикрывшую глаза кобылу. Санчо Панса тянет ишака за хвост, в результате чего вся сцена смахивает на перетягивание каната.

В углу сцены, схватившись за голову и раскачиваясь из стороны в сторону, сидит на полу совершенно обезумевший Дон Кихот. Пожарные, изнемогая от хохота, раскатывают шланги, а из-за кулис доносится вопль режиссера "Скорее, суки! !! Скорее!!!! Убью всех на х@й!!!"

Из оркестровой ямы слышен уже даже не смех, а какое-то бульканье. Дирижер, поддавшись всеобщему буйству, приплясывает на своей подставке и откровенно болеет за осла.

Наконец занавес закрывается. Половина зала возмущается, треть (в основном старые девы) лежат в обмороке, остальные требуют открыть занавес, поскольку они, мол, заплатили деньги и имеют право все это досмотреть.

Все. На этом все и закончилось. На следующем представлении Дон Кихот и Санчо ходили пешком. Сколько голов полетело после этого злосчастного дня - неизвестно, да и не важно.

Как говорил Ираклий Андроников - "можно посылать соболезнования цирку. Их лучшее представление прошло в Мариинском театре"...

Есть такое понятие "мамины пироги" . Это когда: черствые, воняют, и мучное тебе вредно. Но жрешь:мама, все таки.

Так случилось, что подобных пирожков на мою долю выпало чуть поболе среднестатистического. Проблема в том, что большинство сверстников из моей среды обитания давно и навсегда свалили из страны, и матушка моя систематически сдает меня осиротевшим ( или - соломенным?)родителям в барщину. Понятно, что такой умноженный сыновний долг не вызывает у меня энтузиазма, но уклониться от него мне удается не всегда, или не сразу.

И в тот раз все началось с обычного: "ну, что тебе стоит…". Я скрежетнул зубами и заранее смирился с неизбежным.

-Светлана Михайловна едет в Израиль! - очень значимым тоном продолжала родительница.

-Так им и надо!- поддержал я беседу.

-Но маркиза же туда не возьмешь,- полувопросительно-полуутвердительно,не обращая внимания на мои ответные реплики.

-Туда только от барона пускают? Или земля обетованная вообще родовую знать не приемлет? Конрада Монферратского все забыть не могут?

-Так вот, позвони ей: ты будешь заезжать к ней и кормить Маркиза.

-Трюфелями и устрицами?

-Телефон ты знаешь...-и -частые гудки.

По приезде к Светлане Михайловне, я обнаружил, что Маркиз-это огромная волосатая персидская скотина(слово кот тут не подходит-таких толстых котов не бывает) со взглядом падишаха и вальяжностью главного евнуха султанского сераля.

Когда мне описывали диету аристократа, я поначалу подумал, что на до мной просто глумятся.

-Надо взять вот этой рыбки и отварить ее ровно 12 с половиной минут (12,с половиной!-это очень важно). Маркизушка больше ничего не ест. Правда, Маркизик?(сюсюкает) Запишите.

-Я запомню.

-Нет, вы обязательно запишите.

-Простите, Светлана Михаловна, у меня вопрос.

-?

-Так, чисто гипотетически, а что произойдет если я отварю ему рыбу 13 минут или, мне страшно это даже произносить-13 с половиной?

-Вы что с ума сошли? Маркиз это есть не будет!

В первый день после отьезда я заскочил к Маркизу, отломил в морозильнике часть фюзеляжа какой то рыбины и неприцельно запустил этим в сторону кота. Авось сам себе сварит.

Маркиз подошел, потрогал лапой, понюхал, посмотрел на меня, как на буйнопомешанного, демонстративно вытер лапу об пол и с достоинством удалился в коридор.

И мстительно нагадил мне в штиблеты. В оба.

-Ах ты ж сссс…аристократичессская, - шипел я в поисках пылесоса и швабры. Кот бесстрашно и насмешливо отслеживал мои метания с высоты книжного шкафа.

...Часа полтора гонял я эту зарвавшуюся знать с азартом и сноровкой озверевшего в своей классовой ненависти санклюлота и орал Марсельезу...

Затем отбыл за новыми калошами.

...Мне , честно, стыдно продолжать историю, но и "из песни слов не выкинешь". Эх!В общем: закрутило-замотало меня ( был я тогда - молодой-красивый, холостой-неженатый), и… Что тут объяснять?

Через неделю позвонила матушка:справиться о коте. Мол, завтра хозяйка возвращается.

-Ат,черт!-пробило меня в пот…

...Караул, что делать, соображал я, лихорадочно пытаясь натянуть джинсы при надетых туфлях. Помер ведь, небось, почил в бозе, сердяга… Может с балкона его…Там высоко вроде, скажу что недоглядел… Кот, мол, выбрал свободу…

Приехав, я с облегчением обнаружил сильно постройневшего, но вполне жизнеспособного кота. Как выяснилось, сообразительности ему было не занимать:шевалье вскрыл хлебницу и выжрал из нее все плесневелые корки.

Мороженую рыбу, растерявший все манеры кавалер глотал как удав, не прожевывая.

Выл при этом и требовал еще.

На следующий день, матушка сообщила, что Светлане Михаловне срочно нужно со мной поговорить.

"Кот застучал!"-привычно ворохнулась в мозгу шизофрения.

Но в телефоне засюсюкали-закудахтали:

-Я вам так благодарна! Просто выручили… Что бы я без вас…Только у меня один вопрос...

-?

-Вы знаете, до поездки Маркизик ел только одну рыбку одного сорта. Мы волновались, пытались ему витаминчики заворачивать в рыбку, а он не ел. А теперь: ОН ЕСТ ВСЕ. То есть: хлеб, молоко, мясо, крупы. Даже, вот, вчера яблоко стащил со стола и сгрыз в углу…Мы вам так благодарны, но как вы этого добились?

-Лаской, Светлана Михайловна, исключительно лаской.

PS Стоит мне приехать к Светлане Михайловне с каким нибудь очередным родительским поручением,как кот мгновенно исчезает. Дематериализуется. Найти его не могут три человека, как ни стараются. Но, часа через три после моего исчезновения, он выползает из-засады и начинает лихорадочно жрать все подряд.

Когда русскоговорящих интервьюеров в израильских военкоматах еще не было, а русские призывники уже были. Из-за того, что они в большинстве своем плохо владели ивритом, девочки-интервьюеры часто посылали их на проверку к так называемым "офицерам душевного здоровья" (по специальности - психологам или социальным работникам), чтобы те на всякий случай проверяли, все ли в порядке у неразговорчивого призывника. Кстати, офицер душевного здоровья - "кцин бриют нефеш" - сокращенно на иврите называется "кабан". Хотя к его профессиональным качествам это, конечно же, отношения не имеет.

Офицер душевного здоровья в военкомате обычно проводит стандартные тесты - "нарисуй человека, нарисуй дерево, нарисуй дом". По этим тестам можно с легкостью исследовать внутренний мир будущего военнослужащего. В них ведь что хорошо - они универсальные и не зависят от знания языка. Уж дом-то все способны нарисовать. И вот к одному офицеру прислали очередного русского мальчика, плохо говорящего на иврите. Офицер душевного здоровья поздоровался с ним, придвинул лист бумаги и попросил нарисовать дерево.

Русский мальчик плохо рисовал, зато был начитанным. Он решил скомпенсировать недостаток художественных способностей количеством деталей. Поэтому изобразил дуб, на дубе - цепь, а на цепи - кота. Понятно, да?

Офицер душевного здоровья пододвинул лист к себе. На листе была изображена козявка, не очень ловко повесившаяся на ветке. В качестве веревки козявка использовала цепочку.

- Это что? - ласково спросил кабан.

Русский мальчик напрягся и стал переводить. Кот на иврите - "хатуль". "Ученый" - мад'ан, с русским акцентом - "мадан". Мальчик не знал, что, хотя слово "мадан" является наиболее очевидным переводом слова "ученый", в данном случае оно не подходит - кот не является служащим академии наук, а просто много знает, и слово тут нужно другое. Но другое не получилось. Мальчик почесал в затылке и ответил на вопрос офицера:

- Хатуль мадан.

Офицер был израильтянином. Поэтому приведенное словосочетание значило для него что-то вроде "кот, занимающийся научной деятельностью". Хатуль мадан. Почему козявка, повесившаяся на дереве, занимается научной деятельностью, и в чем заключается эта научная деятельность, офицер понять не мог.

- А что он делает? - напряженно спросил офицер.

(Изображение самоубийства в проективном тесте вообще очень плохой признак).

- А это смотря когда, - обрадовался мальчик возможности блеснуть интеллектом. - Вот если идет вот сюда (от козявки в правую сторону возникла стрелочка), то поет песни. А если сюда (стрелочка последовала налево), то рассказывает сказки.

- Кому? - прослезился кабан.

Мальчик постарался и вспомнил:

- Сам себе.

На сказках, которые рассказывает сама себе повешенная козявка, офицер душевного здоровья почувствовал себя нездоровым. Он назначил с мальчиком еще одно интервью и отпустил его домой. Картинка с дубом осталась на столе.

Когда мальчик ушел, кабан позвал к себе секретаршу - ему хотелось свежего взгляда на ситуацию.

Секретарша офицера душевного здоровья была умная адекватная девочка. Но она тоже недавно приехала из России.

Босс показал ей картинку. Девочка увидела на картинке дерево с резными листьями и животное типа кошка, идущее по цепи.

- Как ты думаешь, это что? - спросил офицер.

- Хатуль мадан, - ответила секретарша.

Спешно выставив девочку и выпив холодной воды, кабан позвонил на соседний этаж, где работала его молодая коллега. Попросил спуститься проконсультировать сложный случай.

- Вот, - вздохнул усталый профессионал. - Я тебя давно знаю, ты нормальный человек. Объясни мне пожалуйста, что здесь изображено?

Проблема в том, что коллега тоже была из России...

Но тут уже кабан решил не отступать.

- Почему? - тихо, но страстно спросил он свою коллегу. - ПОЧЕМУ вот это - хатуль мадан?

- Так это же очевидно! - коллега ткнула пальцем в рисунок.- Видишь эти стрелочки? Они означают, что, когда хатуль идет направо, он поет. А когда налево...

Не могу сказать, сошел ли с ума армейский психолог и какой диагноз поставили мальчику. Но сегодня уже почти все офицеры душевного здоровья знают: если призывник на тесте рисует дубы с животными на цепочках, значит, он из России. Там, говорят, все образованные. Даже кошки.